Новые методы ведения войны. Часть первая. Типы войн и HARD POWER.


Континенталист, 12 мая 2015   –   cont.ws


В декабре 2014 года Министерство обороны приняло новую военную доктрину, где существенная роль уделена новым методам противостояний. Сформулированы основные угрозы, такие как предупреждение межнациональных и межконфессиональных конфликтов, противодействие методикам цветных революций, важность массового образования и военно-патриотического воспитания.

Как и все в этом мире, процесс противостояния также подвержен эволюции. Войны аграрного общества были направлены в основном на захват покорение территорий, успех в них зависел от таланта полководца и прямой силы войска. Войны индустриального типа сместили этот акцент на идеологию, преимущества в вооружении, разведке, снабжении и планировании. Развитие транспорта и средств связи позволило вовлекать в конфликт невиданные до этого объемы войск и техники, координируя их действия. Борьба шла не только за территорию противника, но за его ресурсы и промышленность. Ключевую роль здесь играли генеральные штабы противников, как идеологи и координаторы процесса.

Трансформация послевоенного мироустройства, глобализация экономики и переплетение межгосударственных связей, наличие оружия массового поражение, информационное взаимопроникновение цивилизаций, и повышение уровня жизни населения, уже не разделяющего призывы элит гибнуть в окопах и не готовых к всеобщей мобилизации, постепенно свело на нет старые методы борьбы, с концентрацией сил регулярной армии, линией фронта, оккупацией территорий.

Войны, или лучше выразиться, противостояния, стали абсолютно новым направлением межгосударственной борьбы. Рождая новые концепции и подходы. Появились концепции «жесткой», «мягкой» и «умной» силы – HARD, SOFT и SMART POWER. Понятие «умная сила» объединяет произвольные комбинации «жесткой» и «мягкой» сил. Данные термины были введены Джозефом Наем, американским политологом и профессором Гарвардского университета, занимавшим ранее высокие посты, и развиты позже множеством других исследователей.

Среди современных конфликтов можно выделить следующую типологию:

- сетевые и сетецентрические войны. Отличаются от классической войны отсутствием единого фронта или ударного кулака регулярной армии. Боевые действия ведутся в различных районах государства противника. Активно используются не только армейские, но и нелегальные силовые подразделения. Название такие войны получили по признакам:

- организационной структуры управления;

- технологической составляющей коммуникации.

- асимметричные войны. Войны, также не имеющие единого фронта, тыла, скопления сил. Часто используются при борьбе не равных по условиям противников. К асимметричным войнам можно отнести партизанскую войну, диверсии, провокации и террористические акты, точечное уничтожение руководства противника.

- гибридные войны. Гибридная война подразумевает использование различных методов и технологий в конфликте. То есть гибридная война может быть одновременно и сетевой, и информационной, и экономической.

- информационные войны. Информационные войны имеют широкий спектр, связанные с производством, распространением, контролем и манипуляциями с информацией с целью воздействия противника. По логике должны включать в себя когнитивные и кибер-войны. Но точное определение отсутствует.

- когнитивные войны. Воздействие на умы противника, изменение его картины мира. К когнитивным мероприятиям можно отнести производство контента – новостного и культурного (текстового, видео и аудио), использование психологических и манипуляционных методов. При этом дезинформацию, заставляющую противника предпринимать неверные шаги, но не изменяющего его мировоззрение, надо относить к информационному воздействию, а пропаганду, призванную менять отношение противника к чему-либо – к когнитивному.

- кибер-войны. Воздействие на инфраструктуру, каналы связи, данные с помощью компьютерных технологий. Под кибер-войной необходимо понимать не только электронный шпионаж, взломы почты или хищение данных, но и воздействие на информационные системы инфраструктуры противника - авиационной навигации, железных дорог, метро, светофоров, электрических, водопроводных и тепловых сетей, платежных систем, крупных предприятий, государственных баз данных, на интернет и системное ПО в компьютерах, смартфонах и планшетах. Такое воздействие может привести к коллапсу любого современного государства.

- экономические войны. Ключевые направления таких методов заключаются в создании неравной конкурентной среды, доступа к кредитам, технологиям, рынкам сбыта, установлению различных пошлин, проведению выборочной финансовой и тарифной политики, введению ограничительных мер, экономическим и финансовым санкциям, конфискации имущества и финансовых средств, различного рода блокадам. Отдельным долгосрочным направлением является создание финансовой, технологической и инфраструктурной зависимости государств и компаний.

- технологии государственных переворотов. Смена власти в странах противника путем использования противоречий в элитах или недовольства отдельных групп населения. Осуществляется с помощью комплексного либо выборочного применения всех перечисленных выше видов воздействий.

При этом часто возникает путаница с классификацией. Если сетевые и асимметричные войны явно относятся к разделу «жесткой силы», имея цель физического уничтожения живой силы и разрушения инфраструктуры, то определение кибер-войны в этот раздел зависит от ее результата. Экономические войны, хоть называются войнами и относятся в раздел «жесткой силы», представляют собой набор несиловых методов воздействия. Информационные и когнитивные войны относятся к области «мягкой силы». Но, как показывает практика, и в острых конфликтах, и вялотекущем процессе воздействия на страны часто содержится набор всех методов, который определяется как «умная сила».

Разберем подробнее некоторые типы по другой классификации.

HARD POWER, или «Жесткая сила»

Понятие силовых методов включает в себя как традиционное противостояние регулярных кадровых армий, физическое уничтожение противника и его имущества, блокаду портов, проливов, присутствие и патрулирование в ключевых регионах, военно-техническую разведку, так и другие технологии силового воздействия, осуществляемых при поддержке государства, но от которых государство дистанцируется. Не попадая при этом под нормы международного права и под возможный ответ стороны противника. Что, впрочем, не мешает противнику оказывать сопротивление похожими методами.

Целями операций «жесткой силы», включающей сетевые, гибридные и асимметричные методы, могут быть:

- локальные конфликты;

- создание очагов нестабильности на территории противника, или в важных для него регионах - в местах нахождения нефте- и газопроводов, логистических путей, линий электропередач, артерий водоснабжения;

- диверсии на территории противника;

- вывод из строя инфраструктуры и элементов технологических цепей, имеющих важное значение для жизнеобеспечения функционирования государства;

- акции устрашения и провокаций;

- организация беспорядков;

- физическое устранение ключевых фигур.

Мероприятия могут проводиться среди населения буферных, приграничных, этнически и конфессионально нестабильных зон, где преследуют цель инициации массовых беспорядков. Также деятельность может осуществляться в тылу противника и в других странах с целью устрашения или провокаций.

В роли основных участников таких войн могут выступать ЧВК (частные военные компании), чье участие до сих пор не регламентировано в международном праве, диверсионные группы и отдельные агенты, повстанцы и партизаны (или бандформирования), радикальные группировки (в том числе религиозные, националистические, футбольные фанаты).

В рамках сетецентрической войны можно упомянуть «роевую тактику», по аналогии с роем пчел. Удары наносятся мелкими группами в различных местах, истощающая ресурсы государства, использующего кадровые спецслужбы и армию, обладающие меньшей мобильностью. При возможности частого перехода государственной границы, чего не могут себе позволить легальные армии, это является весьма эффективным методом боевых действий. В качестве примера подобной практики можно привести боевые операции Талибана, ИГИЛ, Аль-Каеды, различных народно-освободительных и партизанских армий.

Основное развитие, в силу многих факторов, исследования новых видов ведения войны получили в США. Несмотря на то, что ничего особенно нового придумано не было, и похожие методы использовались всеми государствами с древнейших времен, американцы переработали данные принципы под реалии современного мира и возможности технического прогресса.

Одну из моделей сетевых и сетецентрических войн разработал участник разработки операции «Буря в пустыне» полковник ВВС США Джон Уорден, дав название «Операции на основе эффектов». В своей концепции Уорден исходил из модели пяти концентрических кругов современного государства. Внутренний круг составляет национальная власть, внешний - вооруженные силы. Уорденская стратегия заключалась в том, что внутренние круги могут быть поражены без столкновения с внешним кольцом. Этот подход определялся как «война изнутри наружу». Одним из приемов поражения противника рассматривалась технология «стратегического паралича». Она состояла в создании дисбаланса в системе противника, в результате чего он оказывается не способен к оказанию внешнего противодействия. Достигать этого планировалось всеми доступными методами.

Другим основоположником теории сетевых (или сетецентричных) войн принято считать вице-адмирал США Артура Себровски. Его статья в соавторстве с аналитиком Объединенного штаба Джоном Гарста «Сетецентричная война: её происхождение и будущее» (1998) оценивается как классическое произведение в осмыслении войн нового типа. Он отходит от чисто военного определения таких войн, считая, что данная война осуществляется на пересечении трех сфер - физической, социальной, информационной и когнитивной. Причем основной упор сделан на информационную и когнитивную составляющую. По определению Себровски, все победы и поражения происходят в нашем мозгу.

Продолжение работ Уордена было продолжено американским генералом Дэвидом Дентулой. Системный анализ всех составляющих факторов противника способствовал переносу акцента внимания от вооруженных сил к другим составляющим государственного устройства. В военное ведомство стали активно приглашаться (чего не было раньше) представители гуманитарной науки - социологи, этнографы, лингвисты. Одним из направлений работы аналитиков сконцентрировалось на выявлении сильных и слабых сторон религиозных и этнических систем. Каждая из систем имеет свои точки уязвимости. Предметом анализа стали, например, этнические страхи.

Выявление уязвимых мест государственных систем, анализ статистических данных, работа с лидерами мнений, разработка сценариев мероприятий и создание информационного контента стали занимать одно из главных мест в руководстве Вооруженных Силах США и аналитических центрах.

Также серьезное внимание уделялось методам командования, планирования и управления подобными операциями, создания алгоритмов принятия решений на основе постоянного мониторинга информации ситуационными центрами. В качестве работ на эту тему можно привести вышедшую в 1996 г. статью американского адмирал Уильяма Оуэнса «Появление системы систем США».

Не обошли вниманием американцы и направление кибер-войны. 

С 2009 года в составе Вооруженных сил США ускоренными темпами формируется Объединенное кибернетическое командование (Unified U.S. Cyber Command), подчиненное Стратегическому командованию США. А ВМС США 26 января 2010 года создают специальные кибервойска CYBERFOR. Незадолго до этого подобное подразделение было создано в ВВС США. Также в США уже действуют еще две структуры Министерства обороны – Объединенная группа по операциям в глобальной Сети (Join Task Force – Global Network Operation, JTF-GNO) и Объединенное командование структурных компонентов сетевых боевых действий (Join Functional Component Command – Network Warfare, JFCC-NW). В функционал первой входит обеспечение безопасности компьютерных сетей Пентагона, вторая занята подавлением активности враждебных США государств в Интернете и других электронных сетях. Также развивается контркиберразведка США.

Кроме этого, Агентство национальной безопасности США (NSA) создает центр обработки и хранения данных, который должен стать основой для выполнения программы Comprehensive National Cybersecurity Initiative (CNCI). Центр должен обеспечивать поддержку приоритетным работам в области национальной кибербезопасности в рамках деятельности Министерства национальной безопасности США (DNS).

Также похожие структуры созданы в Европе – Европейское агентство по сетевой и информационной безопасности (European Network and Information Security Agency – ENISA) и отдельный Федеральный центр киберзащиты (Cyberabwehrzentrum) в Бонне, в задачи которых входит охранять жизненно важные IT-системы Германии и Европы промышленного шпионажа и кибер-атак недружественных стран.

Для воздействия на население других стран Государственный департамент США реализует специальную программу Digital Outreach Team, объединяющую бойцов информационной войны для развенчания негативной информации о США, а также для психологического воздействия на другие страны. Ставя задачи для удаленно работающих сотрудников, говорящих на разных языках, и осуществляя координацию их работы. Для обеспечения анализа настроений и массового влияния в Сети Объединенное центральное командование США (Centcom) закупило несколько видов специального программного обеспечения, в том числе у американской компании «Ntrepid», для мониторинга сети и создания ботов в социальных сетях и блогосфере. Причем данным программным обеспечением боты могут создаваться уже с кругом общения, следами активности и с IP-адресами необходимой страны. Один сотрудник мог управлять несколькими десятками таких ботов. Говорящих на различных языках – арабском, фарси, пушту, украинском, русском, китайском.

Данные структуры должны решать в сети в рамках мягкой информационной войны следующие задачи:

- создание массовых стереотипов;

- генерирование псевдособытий;

- создание атмосферы массовой поддержки или неприятия;

- распространение дезинформации;

- внедрение в массовое сознание необходимой системы ценностей;

- формирование выгодных моделей массового поведения;

- мобилизация масс для офлайн-активности;

- создание имиджа и анти-имиджа для определенных лиц и событий.

Как видим, только на этом участке официальными силовыми структурами США проводится активная и масштабная работа. Активность именно Америки обусловлена тем, что подобные технологии носят в основном характер экспансии. Другие государства не имеют подобных задач в своей внешней политике, а также развернутой инфраструктуры военных баз и сети СМИ по всему миру. Тем не менее активно перенимают опыт для осуществления противодействия и обороны.

Не менее важными являются другие подходы - “мягкой силы”, “умной силы” и других несиловых методов контроля, влияния и противостояния. О чем расскажем в следующих статьях. 

This entry passed through the Full-Text RSS service - if this is your content and you’re reading it on someone else’s site, please read the FAQ at fivefilters.org/content-only/faq.php#publishers.

Сегодня в СМИ

Главный редактор

Группа




Свежие комментарии


5ebb2185774a6d7b764d45795d2f92b1?s=35

Сергей Удалов 13 нояб. 2017

Это фейк