Абу Ибрагим Выборы в США, или сколько осталось жить «Исламскому государству»?


Континенталист, 5 нояб. 2015   –   cont.ws


05.11.2015 - 9:02

Многие говорят, что внешняя политика Соединенных Штатов всегда зависит от состояния дел внутри этой страны. Мол, борьба между различными группами американской элиты определяет и направления внешних устремлений самого государства.

В этой связи дата 2016 года, когда в США будут проходить президентские выборы, может показаться имеющей важное значение. В том числе и для отношений Вашингтона с Москвой.

Однако до тех пор очевиден последовательно антироссийский вектор американской политики на международной арене. Это обусловлено, видимо, достаточно прагматическим пониманием собственных интересов: проблемы желательно решать за счет конкурентов.

Поэтому на Украине или в Сирии Соединенные Штаты выстраивают свою политику так, чтобы у России было побольше проблем. Ведь у всех государственных проблем есть экономическое измерение. И чем тяжелее приходится экономике геополитического конкурента, тем больше возможностей попытаться навязать ему свою волю.

Отсюда интерес американских фондов и спецслужб к ваххабитским общинам на российском Кавказе, на Волге и на Урале, к их связям с экстремистами в Средней Азии и террористами на Ближнем Востоке, а также с мафиозными группировками и националистами на Украине.

Этот запал может сработать, если экономика России будет ослаблена настолько, чтобы сила и авторитет государства упали на фоне социальных проблем и начались дезинтеграционные процессы. Украинский кризис, санкции, активность радикалов в среднеазиатском регионе — все это звенья одной цепи.

Но Россия, как оказалось, может эффективно противодействовать направленным против неё геополитическим интригам. Появление российской авиации в Сирии ознаменовало собой новый этап евразийской и мировой истории. Стало понятно, что российское государство способно бороться с террористической угрозой и на дальних рубежах. Кроме того, российская военная база в Латакии поставила крест на планах инициаторов сирийской драмы, ввергнув страну в хаос, заполучить контроль над территориями, по которым пройдет чрезвычайно перспективный маршрут транзита энергоносителей.

Между тем, с самого начала сирийского кризиса было очевидно, что Вашингтон заинтересован в его развитии.

Американский Госдеп, средства массовой информации, неправительственные фонды и специальные службы раздували кровавый конфликт и покрывали экстремистов. При этом не брезговали ни фальсификациями, ни манипуляцией, ни ложью, ни практически прямым вмешательством в сирийские дела.

В какой-то момент президент США Барак Обама даже поставил вопрос об открытой интервенции в Сирию с целью свержения законного правительства Башара Асада. Но позиция России и Китая, как мы помним, помешала такому развитию событий.

Тем не менее, американцы не оставили своего стремления разделить «сирийский пирог» к собственной выгоде. Другое дело, что понять, в чем заключается эта «выгода», стороннему наблюдателю не так уж просто.

США воюют с ИГИЛ*, при этом их обвиняют в том, что они причастны к его появлению и регулярно сбрасывают ему вооружение «по ошибке».

США поддерживают курдов в борьбе против ИГИЛ, но против этих же курдских формирований выступает Турция, союзник Соединенных Штатов по блоку НАТО.

США заявляют о поддержке «сирийской умеренной оппозиции» и по сути организуют поддержку радикалов, склонных резать головы пленным и христианам.

США наносит бомбовые удары по террористам, но при этом поражает объекты гражданской инфраструктуры, как в случае удара по электроподстанции в районе Алеппо как раз перед наступлением ИГИЛ на местных боевиков.

В итоге возникает впечатление, что до настоящего времени Соединенные Штаты не просто добивались свержения Башара Асада, но и использовали террористов как инструмент достижения своих целей.

Что же получается?

ИГИЛ — это монстр на поводке у США? Или вышедшее из-под контроля чудовище? Что меняется в политике США после начала воздушной операции РФ в Сирии и меняется ли?

Сложно ответить на эти вопросы однозначно, но достаточно очевидно следующее.

Во-первых, Соединенные Штаты являются одним из инициаторов кровавой сирийской драмы и, если не прямо, то косвенно, виноваты в огромных жертвах, массовом исходе населения и разгуле терроризма на сирийской земле.

Во-вторых, Соединенные Штаты продолжают преследовать свои цели в регионе и говорят об «умеренной оппозиции» там, где не получается увидеть никого, кроме боевиков террористических группировок.

В-третьих, в отношении российского присутствия в Сирии Соединенные Штаты занимают позицию выжидания — ни против, ни за, но «посмотрим, что будет».

Что же может быть?

Удары российской авиации и наступление сирийских войск подорвали инфраструктуру террористической коалиции «Джебхат ан-Нусра»*. Группировка на грани распада из-за противоречий между главарями различных объединений, а также из-за конфликта между Турцией и Саудовской Аравией, поддерживающими различные фракции среди боевиков.

Нанесен существенный урон и «Исламскому государству»* на территории сирийских провинций Алеппо (Халеб), Хама, Ракка, Дейр эз-Зор и Пальмира.

Роль США и других стран НАТО во всем этом ничтожно мала. Более того, провозглашая своей целью борьбу с терроризмом, США и их союзники фактически продолжают закрывать глаза либо прямо организовывать снабжение боевиков террористических группировок в Сирии как боеприпасами, так и пополнением.

Можно предположить, что таким образом преследуется цель обескровить сирийское государство. А также, по возможности, втянуть Россию в затяжной конфликт и сорвать планы по скорому возрождению сирийской экономики. Это, по мнению американцев, может лишить российское государство скорых прибылей от вложений в добычу и транзит энергоносителей на территории Сирии. Таким образом, можно рассчитывать, что в ближайшие годы российская экономика может надорваться из-за нехватки доходов и бремени расходов.

Однако и российское руководство явно прагматично оценивает геополитические реалии. Остальные вовлеченные в сирийскую драму государства в настоящее время находятся в положении гораздо более критическом, чем Россия.

Саудовская Аравия несет огромные расходы из-за войны в Йемене, вплотную столкнулась с угрозой внутренней дестабилизации и встала перед перспективой сокращения поступлений от нефти. Перед Катаром стоит насущная угроза потери доли на газовом рынке мира. Король Иордании, вынужденный мириться с американским молотом и саудовской наковальней, стоит перед лицом опасности ваххабитского мятежа. Израиль, если в ближайшее время не договорится с арабским миром и не начнет эксплуатацию собственных газовых месторождений, может потерпеть крах как государство. Европу, видимо, ждет серьезная перестройка, финансовый кризис, и волнения из-за наплыва мигрантов тому верные признаки. Турция стоит перед лицом разрастающихся внутренних неурядиц, и только сотрудничество с Россией в энергетической сфере может предотвратить сползание турецкого государства в пропасть.

Что же касается Соединенных Штатов, то позиция выжидания в отношении результатов российской операции против террористов объясняться может и тем фактором, о котором было сказано в самом начале — на носу президентские выборы в самой Америке. И от их результатов многое может измениться на мировой шахматной доске.

Только до того должен решиться один очень важный вопрос. Имя ему «Исламское государство»*.

Ибрагим Абу, сирийский военно-политический эксперт, специально для «Русской Весны»

//rusvesna.su/recent_opinions/1446703366

This entry passed through the Full-Text RSS service - if this is your content and you’re reading it on someone else’s site, please read the FAQ at fivefilters.org/content-only/faq.php#publishers.

Сегодня в СМИ

Главный редактор

Группа




Свежие комментарии