Российская операция в сирии как ценовой регулятор нефтерынка


Континенталист, 24 нояб. 2015   –   cont.ws



После начала российской военной операции в Сирии не только западные журналисты, но и крупные экономические эксперты международного уровня заявили, что основной целью вмешательства Москвы в конфликт является вовсе не противодействие террористам «Исламского государства». Россия, по мнению Запада, таким образом пытается повлиять на нефтяной рынок с целью повышения стоимости сырья, поскольку наблюдаемый вот уже год обвал стоимости «чёрного золота» привёл к резкому снижению доходов российской экономики.

Справедливости ради стоит признать, что такая цель России в Сирии теоретически вполне вероятна, поскольку критическая зависимость экономического сегмента от экспорта нефти является общеизвестным фактом. Если же предположить, что повышение цен на нефть действительно является одной из причин вмешательства в войну, то появляется встречный вопрос — каким образом Москва может добиться своей цели, если Сирия не является крупным игроком на мировом нефтерынке? Ответ на вопрос нужно искать в более глобальных категориях, в частности — в большой геополитике на Ближнем Востоке.

Сирия — слабый игрок

Сирийский конфликт не повлиял на стоимость нефти, поскольку эта страна не является крупным игроком на мировом рынке «чёрного золота», считает министр энергетики РФ Александр Новак. Рынок никак не отреагировал на ситуацию, которая наблюдается в регионе, отметил чиновник. Слова министра подкрепляются статистическими данными не в пользу утверждений о какой-либо значимости Сирии для мирового нефтерынка.

На фоне других поставщиков нефти Сирия вряд ли может получить статус заметного производителя сырья. Если в девяностых годах в стране добывалось 500 тыс. баррелей в сутки, то сейчас этот показатель колеблется в пределах 25–30 тыс. баррелей. Для сравнения, объём мировой нефтедобычи достигает 80 млн баррелей в сутки, заявил Дэвид Бэйли, партнёр консультационной группы по энергетическим вопросам Element VI Consulting. При том, что, к примеру, уровень годовой нефтедобычи в Саудовской Аравии достигает полумиллиарда баррелей, в Сирии в лучшие годы данный показатель не превышал 14 млн баррелей.

Партнёр RusEnergy Михаил Крутихин придерживается мнения о том, что Сирия априори не может влиять на нефтерынок мира, поскольку не считается крупным экспортёром. Он же отмечает, что военные действия в регионе в общей сложности не отразились на объёмах добычи и транспортировки сирийской нефти (речь идёт, вероятно, только о перераспределении рынка между правительственными силами и террористами, при этом физические объёмы производства остались прежними, а изменилась лишь сирийская официальная статистика поставок — прим. ред.). Богдан Зварич, аналитик агентства «Финам», также утверждает, что в военном конфликте в Сирии уцелела вся инфраструктура, которая связана с добычей и транспортировкой «чёрного золота».

Косвенным доказательством того, что ситуация с поставками сирийской нефти не интересует игроков нефтерынка, является практически полное отсутствие внимания к нефтяной инфраструктуре страны со стороны сил международной коалиции. Только сейчас руководство Пентагона начало изучать возможность нанесения ударов по предприятиям нефтедобычи, контролируемым террористами. В качестве новых целей предполагается выбрать только объекты, оснащённые важным оборудованием, замену которому экстремистам будет трудно найти.

Примечательно, что для такого решения командованию коалиции потребовалось более года — а именно столько длится международная военная операция в Сирии и Ираке. И это несмотря на то, что продажа нелегальной нефти является единственным серьёзным источником финансирования террористов, о чём уже ранее писали Пронедра. Не замечено активности в физическом устранении нефтяных точек «Исламского государства» и со стороны российской авиационной группировки, за исключением единственного сообщения об уничтожении колонны автоцистерн боевиков с нефтью в провинции Дейр-эз-Зор, имевшего место несколько дней назад.

Сирия не только не является серьёзным игроком на отраслевом рынке, но даже и не претендует на статус нефтяного транзитёра. Несколько крупных нефтепроводов проходят через сирийскую территорию в Турцию, однако работа магистралей нестабильна, а доля сырья, которое транспортируется с их помощью, является совсем небольшой, отмечает Валерий Нестеров, аналитик Sberbank CIB. Опроверг эксперт и утверждения западной прессы о том, что удешевление нефти связано с нелегальными поставками со стороны «Исламского государства». Объёмы поступлений нелегального сырья на «чёрный рынок» с сирийской территории он назвал «каплей в море».

Тем не менее, с начала двухтысячных годов в Сирии работают крупные российские компании — «Союзнефтегаз», «Татнефть», «Стройнефтегаз». Заинтересованность российского бизнеса в добывающей отрасли Сирии объяснить сложно. Объёмы разведанных запасов в стране составляют 2,5 млрд баррелей (0,1% от объёма мировых ресурсов), Сирия по данному показателю находится на 33-м месте в мире. Не исключено, что, по мнению российской стороны, Сирия могла бы играть важную роль на региональном уровне, поскольку имеет транспортный выход для поставок нефти в Турцию и Ирак, таким образом, может участвовать в экспорте сырья из ближневосточных стран в Европу.

С этой точки зрения возможное доминирование российского бизнеса в нефтяной отрасли Сирии со временем позволит Москве получить какую-то роль в формировании ценовой политики. Однако пока никакого особого влияния на стоимость сырья российская операция в Сирии не оказала. Гипотезы о том, что ввод российских сил в Сирию может повысить котировки нефти, подтвердятся только в том случае, если в мировую стоимость нефти изначально заложен такой фактор, как сирийский конфликт. Пока такой закономерности не наблюдается, а цены по большей части демонстрируют нисходящую динамику.

Геополитика как способ ценообразования

То, что Сирия не является важным игроком нефтяной отрасли, вовсе не значит, что ситуация в регионе не влияет на цену «чёрного золота». Речь идёт прежде всего не о том, какую ценность представляет Сирия для мира как поставщик нефти, а в целом о стабильности в ближневосточном регионе. В качестве примера такой взаимосвязи можно привести резкий скачок стоимости нефти после терактов, совершенных в Париже 13–14 ноября.

Трагические события в столице Франции усилили геополитическую неопределённость, считает Рик Спунер, аналитик CMC Markets. Тем не менее, рост цен на таком фоне будет непродолжительным, отметил он. Ответная реакция на теракты будет в любом случае направлена на Сирию, а её никто не рассматривает как серьёзного нефтедобытчика. Но имевшие место ответные военные меры Франции в сирийском регионе уже вызвали некоторый рост стоимости сырья, по крайней мере, остановили непрекращающееся удешевление нефти, отметил в свою очередь Дэниэл Энг, аналитик Phillip Futures.

Олег Устенко, исполнительный директор Международного фонда Блейзера, отмечает, что на ценовую ситуацию в мире влияет не столько сама война в Сирии, сколько угрозы со стороны «Исламского государства» и существующая нестабильность в арабском регионе. Такая ситуация дестабилизирует и ценовую политику — стоимость нефти демонстрирует неожиданные спады и скачки. Эксперт уверен, что проблема ИГ не решится в ближайшее время и нестабильность на рынке нефти будет наблюдаться продолжительный период.

Одним из важнейших факторов в ближневосточном регионе, влияющим на нефтяной рынок, является сам факт соседства Ирака и Сирии. В отличие от Сирии, Ирак — один из лидеров по добыче нефти и занимает второе место в OPEC по данному показателю после Саудовской Аравии. По мнению одного из инвесторов на нефтерынке Карена Дашьяна,

5

представителя группы Advance Capital, напряжённость и геополитика на Ближнем Востоке изначально заложены в стоимость нефти, а участники рынка отслеживают ситуацию, которая складывается в Ираке, Ливии и Сирии. Геополитическая составляющая цены на нефть в разрезе обстановки в ближневосточных регионах достигает 20–30%, отмечает инвестор.

Российский военный фактор на мировом нефтерынке

Если предположения экспертов верны, то вмешательство Москвы в военный конфликт с геополитической точки зрения является попыткой изменить ценовую ситуацию на нефтерынке путём изменения расклада сил в ближневосточном регионе. Приход в Сирию свежих военных формирований, противостоящих противникам Башара Асада, сделают войну дороже для одного из её спонсоров — Саудовской Аравии, которая также несёт значительные расходы, вкладывая средства в операцию в Йемене. Саудиты, в свою очередь — лидеры мировой нефтедобычи, которые, вероятно, теперь будут как-то пытаться улучшить своё пошатнувшееся финансовое положение, в том числе и путём изменения нефтяных цен.

Сама по себе операция России в Сирии для Запада является, безусловно, фактором в ряде критериев, по которым Ближний Восток относят к нестабильным регионам. Несмотря на то что сейчас операция в Сирии пока не вызвала роста цен на нефть, возможно, это произойдёт при попытке Москвы закрепить свои позиции в регионе. Нестабильность и напряжённость поспособствуют росту цен на нефть и вызовут в какой-то мере усиление зависимости Европы от российских энергоресурсов, полагает Ту Чжимин, китайский политолог. Не исключено, что такая зависимость вызовет смягчение отношений Европы и России.

Эксперты полагают, что скрытой целью России является не только влияние на стоимость нефти, но и борьба за рынки сбыта сырья. Москва, завязавшая отличные отношения с Ираном, возможно, надеется на участие в нефтяном бизнесе последнего после выхода Тегерана на мировой рынок после отмены санкций. Кроме того, военная операция России даёт возможность воспрепятствовать Саудовской Аравии в строительстве новых экспортных магистралей в регионе.

Российское руководство прекрасно осведомлено о нервозности реакции рынка на события на Ближнем Востоке, считает Дэвид Бэйли, представитель группы Element VI, однако эксперт полагает, что нефтяные цены не являются самоцелью Москвы, а их рост станет лишь приятным «побочным эффектом» для РФ. Хотя явного и стабильного изменения цен не произошло, это вовсе не значит, что Россия сирийской миссией не добивается удорожания нефти, отмечает Стивен Бланк, эксперт Американского Совета по внешней политике.

Вне зависимости от разногласий в деталях аналитики из разных стран едины в одном мнении — несмотря на информационный вакуум в отношении того, какие на самом деле цели преследует российское руководство, принявшее решение о военном вмешательстве в сирийский конфликт, такой шаг со стороны Москвы в любом случае поубавит стабильности на Ближнем Востоке. Как и любой другой фактор дестабилизирующего характера в крупнейшем нефтеносном регионе мира, российские военные на сирийской земле, вольно или невольно, станут одной из причин роста цен на нефть во всём мире.

Источник: http://arafnews.ru/materials/rossijskaja-operatsija-v-sirii-kak-tsenovoj-reguljator-nefterynka.html

This entry passed through the Full-Text RSS service - if this is your content and you’re reading it on someone else’s site, please read the FAQ at fivefilters.org/content-only/faq.php#publishers.

Сегодня в СМИ

Сергей Удалов


Самое обсуждаемое



Свежие комментарии



Ранее на эту тему

— Ответственность за серию терактов уже взяло на себя «Исламское государство». Имена конкретных исполнителей пока не известны.
«По мнению руководителя службы стратегического планирования российской Ассоциации приграничного сотрудничества Александра Собянина, м […]
«По мнению руководителя службы стратегического планирования российской Ассоциации приграничного сотрудничества Александра Собянина, м […]
Как известно, Турция в российской истории занимает особенное и почетное место, так как нет в мире ни одной страны или военной силы, с […]