УГРЮМЫЕ «АФОРИЗМЫ» ВИКТОРА АСТАФЬЕВА О ВОЙНЕ. Часть II


Континенталист, 5 мая 2016   –   cont.ws



Для российского массового сознания, в последние четверть века задурманенного гарью и дымом либерального антисоветизма, важно избавиться от предвзятых мифов и схоластических схем историографии Великой Отечественной войны. Прежде всего от тех, которые служат основой идеологического оскопления и очернения знаменательной победы народов СССР над гитлеровским фашизмом. Нужно сохранить только холодные факты истории войны и отбросить взбаламученные эмоции правдюков (историков и писателей), часто придающих этим событиям самые невообразимые черты, вплоть до уродливых.

                                                      КЛАДБИЩЕНСКИЙ КРЕСТОНОСЕЦ

Крестоносец — универсальный боец.

В отличие от Копьеносца, участвующего

во всевозможных битвах, Крестоносец заточен

под бой с одной единственной целью.

Он так же эффективен в любом сражении.

(Толковый словарь)

В данной статье речь пойдёт о другом резком высказывании самобытного писателя и занозистого публициста. Вот оно: «Мы просто не умели воевать. Мы и закончили войну, не умея воевать… Мы залили немцев своею кровью, завалили своими трупами».

Эти слова прозвучали в выступлении Виктора Астафьева на совместной конференции историков и писателей, пишущих о Великой Отечественной войне. Она состоялась 27-28 апреля 1988г. в Москве и называлась «Актуальные вопросы исторической науки и литературы». Конференция была организована Академией наук СССР, Союзом писателей СССР и Академией общественных наук при ЦК КПСС. Состав участников был представительным, многие из них в прошлом фронтовики, офицеры, военные историки. Только в прениях выступили 23 литератора и 15 историков. Материалы конференции вскоре целиком были опубликованы в журналах «Вопросы литературы» и «Вопросы истории».

По свидетельству присутствовавших в зале совещания, речь Астафьева ошеломила своей одиозностью и развязностью. Он злобно высмеял, опорочил многолетние военно-научные труды больших творческих коллективов академических учреждений: «Историю Великой Отечественной войны» (в 6-ти томах, Воениздат, 1960-1965гг.) и «Историю Второй мировой войны» (в 12 томах, Воениздат,1973-1982гг.). Оратор полностью отказал им в достоверности отражения фронтовых событий и действий советских полководцев, командиров среднего звена и младших офицеров. Астафьев кичливо, заявил: «Более сфальсифицированного, состряпанного сочинения наша история… не знала… К тому, что долго написано о войне, я как солдат-фронтовик никакого отношения не имел. Я был на совершенно другой войне». Писатель напрямую унизил известных специалистов по военной истории ( в том числе участников конференции), обозвав их сознательными фальсификаторами, бесстыдными ловкачами, криводушными прохвостами, угодливыми приспособленцами. Досталось и многим братьям-литераторам, пишущим о войне. Астафьев заклеймил их за «вагоны» и «эшелоны», по его мнению, поверхностных, конъюнктурных и фальшивых произведений. По сути же всего выступления, Астафьев обвинял не только военных историков и писателей, их научные труды и книги. Он, как представлялось, негодовал против идеологии военной политики советского государства, боевой практики советской армии, отъединения предводительства командиров от воинской работы солдат в боевые будни Великой Отечественной войны.

Стоя на трибуне конференц-зала Виктор Астафьев, будто бы эмоционально и психологически упивался своим гипотетическим знанием проблем великой войны. Собственное апокрифическое моральное превосходство писатель стремился проявить как можно ярче, афористичнее. Именно тогда им была произнесена вышеприведенная филиппика о «крови» и «трупах», лишенная требовательной (и не только научной) доказательности.

Зададимся вопросом. Что же такое случилось, если известный писатель, бывший на фронте, где чуть не лишился глаза и руки, прилюдно надсмехался над историей Великой Отечественной войны, злобился на Советское государство и его Армию, манипулировал великой Победой и патриотизмом народа. Попробуем разобраться в этом.

В предыдущей статье о Викторе Астафьеве говорилось о том, что уже давно в его душе копилась и зрела ненависть к окружавшей его советской действительности. Нарастала злоба против собственной житейской неустроенности, недооценённости в обществе (как, возможно, он полагал) своей литературной деятельности. Угнетало чувство уязвлённости бывшего фронтовика, не получившего должных благ от советского государства, ради которого он вытерпел военные невзгоды и пролил кровь в Великую Отечественную.Эти яды исподволь отравляли сознание писателя, делали его литературу и публицистику агрессивными, антиобщественными для широких масс. В 1978г. астафьевская субненависть распространилась на Красную (Советскую) Армию, на Великую Победу. В тот год, 23 февраля, в 60-ю годовщину «Дня Советской Армии и Военно-Морского Флота» генсек КПСС и глава государства Л.И Брежнев, бывший во время Великой Отечественной войны лишь начполитотдела армии, был награждён высшим полководческим орденом «Победа». Это сообщение Астафьев, по его словам, воспринял как личное унижение, пощечину всем солдатам той войны.

Именно тогда писатель решил в своём творчестве отойти от деревенской тематики и обратиться к истории Великой Отечественной войны и современной нашей армии. Он считал, что обязан показать подлинные (по его мнению) негативные стороны войны, вскрыть причины неудач и поражений, назвать их виновников. Позднее это намерение переросло в цель доказательства порочности советского государства. Не имея доступа к военным архивам, Астафьев обложился множеством книг, журналов, газет, других источников, в которых описывались события и люди военной поры. В то время разномастные повести и романы, статьи и мемуары заменяли профессиональную историографию советского государства и Великой Отечественной войны, так как в них сообщались факты, неизвестные большинству читателей. Однако, эти источники, прежде всего переводная зарубежная, прежде всего диссидентская, литература, во многом были необъективны, ибо они создавались под влиянием процесса развенчания культа личности Сталина.( В начале 1980-х годов начался его второй этап, неразрывно связанный с рассмотрением событий и итогов войны).

Руководствуясь благим стремлением к достоверному освещению войны, Виктор Астафьев изначально оказался далёк от поиска правды, ибо сильно его политизировал. В его мировоззрении слились негативные представления, почерпнутые в прочитанной исторической и художественной литературы о войне, высшем военном руководстве, и усвоенные из личного фронтового опыта (в том числе из бесед с ветеранами).Опираясь на них писатель сотворил собственную концепцию солдатской войны в литературе.

У неё были реперные точки. Сталин-злодей, втянувший страну в гигантскую мясорубку убийственной войны. Его маршалы и генералы - пособники растраты миллионов солдатских жизней в бездарных военных операциях. Солдатские массы- живое мясо, предназначенное для заливания кровью и заваливания трупами вражеских позиций. Не праздновать День Победы, а отмечать День Поминовения. Сорить своим народом могли только преступники, значит преступны само советское государство, вся советская власть. Указанные идеи порочности советской действительности Астафьев стал преподносить со значением «момента истины».

От художественной литературы он стал тяготеть к публицистике. Развивая досужие мысли о войне, писатель активно использовал свои публичные выступления на военную тему для критики негативных сторон советского строя. Отдельные положения своей концепции солдатской войны Астафьев удавалось фрагментарно обнародовать. Например: 1984г.- ответы на анкету журнала «Москва» к 40-летию Победы, статья « Стержневой корень».1985г.- сообщение в анкете журналу «Знамя», книга « Там, в окопах. Воспоминания солдата». Осенью 1985г. писатель сообщил, что работает над большим романом о войне.

Однако, надо полагать, ему не терпелось донести свои стрёмные суждения до сведения широкой общественности, верхов советской руководства. К тому же, похоже, амбиции писателя оказались усечёнными властями. В юбилейном для него 1984 году (60-летие со дня рождения) Виктор Петрович Астафьев не был удостоен звания Героя Социалистического труда. Его ровесники - писатели А.Ананьев, Ю.Бондарев, В.Быков в 1984г. получили такое звание. В предыдущие периоды этим знаком отличия были отмечены 60-летние писатели Г.Абашидзе, М.Алексеев М.Дудин, К.Симонов. Правда, к тому времени государство достойно отметило и деятельность Виктора Астафьева. У него дважды выходили собрания сочинений литературных трудов (4-х томное в 1979-1981гг, и 6-ти томное в 1981-1982гг.). Он был награждён двумя орденами Трудового Красного Знамени(1971г. и 1974г.). Являлся лауреатом Госпремии СССР по литературе (1978г.).

Для Виктора Астафьева переломное значение имел январский (1987г.) Пленум ЦК КПСС, объявивший гласность как необходимое условие перестройки советского общества. Для писателя он стал детонатором в углублении его критической работы по историографии Великой Отечественной войны. Одновременно у писателя возросла возможность придать глобальной огласке свою концепцию солдатской войны. Такой удобный шанс подвернулся в апреле 1988г., на совместной конференции военных историков и писателей. Здесь Астафьев, как говорится, вошёл в раж и стал громить советскую военную историографию, с окопной солдатской правдой фанатично хулить высшее военно- командное руководство страны. Может быть, таким необычно дерзким и ошеломляющим способом он намеревался «застолбить» за собой приоритет в освещении, оценке и трактовании основных событий и заметных персонажей Великой Отечественной войны. В.Астафьев явно стремился захватить собственную нишу             ( солдатская правда) в национальной военной историографии. Подход Виктора Петровича к осмыслению истории войны в контексте критики сталинизма и негативных сторон советского строя конъюнктурно отвечал интересам псевдодемократов -перестройщиков, пришедших к власти в стране во второй половине 1980-х годов. Чувствовалось, что антисоветски настроенного писателя и публициста поддерживал злоёмкий антикоммунист Александр Яковлев, член горбачёвского Политбюро. Выступление В.Астафьева на конференции историков и писателей было услышано в высших сферах новой власти и получило должное вознаграждение. 21 августа 1989 года писателю присвоили звание Героя Соцтруда. Осенью того же года он стал народным депутатом СССР.

Два года спустя, забравшие власть в стране либералы- ельцинисты уничтожили советское государство. 4 октября 1993г. в Москве был разогнан Верховный Совет России, при танковом обстреле Белого дома погибло много людей. Виктор Астафьев подписал опубликованное 05.10.1993г. в «Известиях» письмо 42-х либеральных литераторов с требованием к президенту Ельцину «доистребить «красно-коричневых оборотней» (защитников Белого дома), чтобы не допустить возврата страны к коммунистическому режиму. Тем самым Астафьев удостоверил свою ненависть к бывшей советской стране, где 70 лет жил и за которую (надо полагать) воевал с фашистами. [http://www. situation.ru/ app/jart126.htm].Примечательно, в списке подписантов того обращения писателей фамилия Астафьева находится не по алфавиту, а в последней сроке. Вероятно, он долго сопоставлял доводы «за» и «против», прежде чем завизировать этот документ своей подписью.Верх взял бытовой практицизм. В то время у Астафьева в издательстве находилась в печати первая книга «Чёртова яма» ( а не журнальный вариант) его главного военного романа «Прокляты и убиты». Была вчерне готова рукопись его второй книги романа - «Плацдарм». По разумению писателя, рисковать задержкой издания романа вряд ли стоило. [«Чёртова яма» тиражом 100 тыс.экземпляров вышла в свет вскоре после описанных событий].

В связи с «подписным» вопросом отметим, что ранее Астафьев рационально и осторожно уклонялся от поддержки подобных публичных заявлений российских литераторов. Например: его фамилии нет среди подписантов таких документов как «Письмо 74-х» писателей Верховному Совету СССР, Верховному Совету РСФСР (02.03.1990г., газета «Литературная Россия»); «Слово к народу». Обращение группы политиков и деятелей культуры. (23.07. 1991г., газета «Советская Россия». В числе подписавших писатели Ю. Бондарев, А.Проханов, В. Распутин); «Обращение деятелей культуры к патриарху Алексию II» (02.10.1993г.,газета « Советская Россия». Документ подписали шесть писателей).

Резюме.

«Тот служит мне лучше всех, кто лучше всех служит своей стране» (Гомер).

Виктор Астафьев отрицал аксиомы: государство живёт и действует иначе, чем отдельный человек; государство более высокая категория, чем власть. Писатель-крестоносец, с заматерелой ненавистью сражаясь с советским коммунизмом, способствовал разрушению своего национального государства. Когда уничтожили СССР, он оказался с краю кладбищенского поля постсоветской либеральной России. 

(Окончание)

Let’s block ads! (Why?)

Подписаться




или по почте

Сегодня в СМИ

Сергей Удалов


Самое обсуждаемое



Свежие комментарии