Хуев и кукуев


Континенталист, 22 марта 2018   –   cont.ws



Авторская песня начала 80-х…

ХУЕВ И КУКУЕВ

Хуев жил весьма прилично,

а Кукуев был – говно!

Хуев в рот не брал ”столичной”,

а Кукуев пил вино!

Хуев жил анахоретом,

а Кукуев был еблив!

И вот однажды знойным летом

он уехал в Тель-Авив.

Ну, а Хуеву обидно, 

что пустили мудака,

от обиды этой видно

Хуев выпил коньяка –

и жизнь пошла в советском стиле,

в первый раз в ментовке спал,

в первый раз его побили,

поругали, пригрозили…

А Кукуев в Израиле

Банк Турецкий основал!

Почему же вдруг турецкий –

а просто так, от нехуй де…

А Хуев стал простой, советский,

начал думать о пизде,

заработал гнойный триппер

и к тому ж трихомоноз…

А Кукуев нанял клипер 

и уехал в Барбадос!

Уж ему не до полбанки –

он решил ограбить мир –

у не го ж в турецком банке

столько тугриков и лир!”

А Хуев начал контоваться,

у ларька с бичами пить, 

с лысой Манькою ебатца

и без отдачи в долг просить…

А Кукуев в Барбадосе

верещал для Би-би-си

и об чем его не спросят –

отвечал на все вопросы,

мол, все хуево на Руси!

Вот, к примеру, друг мой Хуев

опустился до ларька!

В этом я, банкир Кукуев,

обвиняю весь ЦК!

Ведь у них одни заботы –

только спаивать народ,

продавать пигмеям боты,

утюги и пулеметы –

остальное не ебет!

И в качестве его полпреда

обращаюсь я в ООН,

что бы Хуева (соседа)

отпустили за кордон!

…Хуев спал на пьяной бабе,

тут счтучится мент к нему –

дверь открыта, хули грабить –

нищий видно по всему.

Две бутылки из-под водки

и матрас на кирпичах,

взгляд униженный и робкий, 

муть похмельная в очах…

Хуев встал, собрал котомку

(ясно дело – замели!),

но отвели его в стьоронку

и возвание прочли, 

дескать, я, товарищ Хуев, 

блядью буду, помру –

отметаю подчистую

все поклепы ЦРУ!

Мент сует ему фломастер,

мол, подпиши скорее бля…

Он е му: – Конечно, мастер,

ео дай на пиво два рубля!

Да какое в жопу пиво, 

что ты, парень, охуел?

На тебя ж из Тель-Авива

срочный вызов подоспел!

Сам премьер товарищ Бейгин

(хоть ты, падла, и не еврей)

накатал в ЦК телегу

с биографией твоей,

и еще с большим азартом

говорил на Би-Би-Си

все про тебя товарищ Картер –

мол, Хуев гибнет на Руси!

.   .   .   .   .   .   .

Тут до Хуева доходит

хоть с похмелья и не вполне,

что ему и рады вроде

в израильской-то стороне?

И менту он отвечает:

–Ни за что не подпишу!

Пусть товарищ Бейгин знает,

я убежища прошу!

Просьбу страстную такую

возвещу на целый мир –

вон, приятель мой Кукуев, 

был говно, а стал – банкир!

Мент его в машину садит

и везет в большущий дом,

по дороге объясняет,

что с ним сделают потом!

Хуев спит в железной клетке,

а Кукуев грабит мир!

Снова в этой пятилетке 

будет засран весь эфир.

.   .   .   .   .   .   .

Хуев спит и ему снится,

что указами ЦК

вся чужая заграница 

прекратилась на век,

что теперь везде совдепы, 

больше нет у нас врагов,

скоро выпустят из склепа

главаря большевиков, 

и тогда он всем покажет! –

йоб твою в россию мать –

Хуева простить. И даже

отпустить и похмелять!”

Страшный грохот в дверь стальную,

входит в камеру майор,

подскочил на нарах Хуев

как последний мелкий вор.

Сон прекрасный оборвался,

самый лучший в жизни миг…

И к нему вновь приебался

при погонах большевик,

говорит: – Подпишешь ксивы?

Не подпишешь – будешь гнить!

Хуев так ему, спесиво,

мол, ладно на хуй, так и быть!

Подписал, решил отпустят…

Хуй на рыло, все сидит!(

(думал выручит капуста,

да вот исчерпан весь кредит,

с лысой Маньки хули толку –

ни манды, ни кошелька…

и ему поможет только

лишь петиция в ЦК!

Пишет Хуев: – В заключенье

пребывая в цвете лет,

понял я, что заблужденье

ехать в штаты как сосед!

Я в России жить желаю

средь лесов полей рек!

Я другой страны не знаю,

где так дышит человек!

К тексту этого посланья

в КГБ, да и в ЦК

отнеслись с большим вниманьем

и простили дурака!

Отпустили, возвратили

майку, валенки, штаны,

в бане вымыли, побрили

и решили, что должны

Хуеву, что б он поправить

мог здоровье хоть чуть-чуть,

профпутевку предоставить

в санаторий Новый Путь!

.   .   .   .   .   .   .

Хуев жил в седьмой палате,

а не в палате номер шесть –

выходил гулять в халате,

замышляя злую месть!

У татарина- менялы

старый глобус приобрел

(по-ночам под одеялом

нити заговора плел!)

Понял Хуев темной ночью,

что куда ни полетишь –

попадешь куда захочешь –

не в Бутырку, так в Париж!

А тут закончилась путевка,

перестали харч давать…

Он добыл себе винтовку

и решил: поря съебать…

Разобрал ее на части

и попер в аэропорт,

но таможенные власти

не пускают на Конкорд!

Что ж… решил лететь на ИЛе,

а не выйдет – так на ТУ,

размышляя – или или,

не в Париж, так в Вркуту.

И когдасос трашным ревом

взмыл над морем самолет,

он сказался нездоровым,

сделал вид что его рвет

(ствол был спрятан под жилетом,

а в трусах торчал приклад),

он собрал их в туалете

и пошел в салон назад,

закричал: – Сдавайтесь, гады!

Всех вас, суки, замочу!

В Воркуту мне на хуй надо,

я в Америку хочу!

Самолет без остановки 

пролетел над Воркутой.

Хуев стрельнул из винтовки

вниз по родине святой…

Но случайно эта пуля

угодила в бензобак,

и пилот промолвил: – Хуй ли

сделал, гребанный мудак?

Смотрит Хуев – хли спорить

если пулей бак пробит!

Самолет теряет скорость,

без бензину – не летит,

начал падать, но как в сказке

показалась издаля,

благодатная Аляска –

заграничная земля!

(* Там кукуев в это время

закупал излишки льда,

загребая кучу денег

без особого труда).

Самолет на чум садится… 

смотрит Хуев – вот беда!

Он не знал, что заграницей,

блять, такие холода!

Вышел. Глядь – стоит Кукуев

в теплой шапке меховой,

говорит: – Здорово, Хуев,

очень рад, что ты живой!

.   .   .   .   .   .

На Аляске база НАТО.

Без петиции ООН

с похмелюги три солдата 

подпалили, блять, нейтрон!

От ебучего нейтрона

лед растаял и сгорел,

и стремглав из этой зоны

улетают все кто цел.

Хуев сразу же согрелся,

а Кукуев аж вспотел,

до трусов почти разделся

и моментом загорел!

Кроме этого загара

не осталось ни хуя –

 ни валюты, ни товара

и, печали не тая,

говорит банкир соседу –

мол, прогорел мой банк дотла,

с чем в Израиль я поеду,

как поправить нам дела?

– Не грусти, – ответил Хуев, –

живы будем, не помрем.

Видно, надо нам, Кукуев,

в штаты съябывать вдвоем!

Так на том и порешили,

мол Израиль подождет.

Их бесплатно посадили 

на военный самолет,

самолет взлетев отвесно,

льдом горящим обожжен

их уносит в неизвестность,

взявши курс на Вашингтон…

(продолжение следует)

Сергей Удалов


Самое обсуждаемое



Свежие комментарии