Канарейка Хаоса


Континенталист, 25 марта 2018   –   cont.ws



У нас в семье так заведено: у кого айкью меньше, тому и выкручиваться.

 Нет, лучше начну с другого…

 Я вот все надеюсь, что инопланетяне когда-нибудь прилетят. Потому что других реальных путей выкрутиться из этой ситуации я не вижу…

 Канарейка Хаоса сегодня не очень разбушевалась, только трансформаторную будку слегка опалило, а так – над замерзшей Невой поплыли симпатичные фиолетовые протуберанцы, похожие на силовые поля из “Доктора Кто”. Но этим в Питере вообще никого не удивишь. Удивительно флегматичный у нас город. Не нарадуюсь. Говорят, к нам как-то папа римский заезжал, но так и уехал, никем не замеченный. У него только один раз автограф взяли, перепутав с Энтони Хопкинсом. А какому-то мексиканскому наркобарону (с московской пропиской) на золотом “бентли” весь бок гвоздем процарапали, чтобы не парковался на пешеходном переходе. Я рысью покатил коляску дальше по аллее, взрезая снег, словно бульдозер – подальше от черного пятна, и свернул за решеткой налево. Как раз вовремя. Загорелся зеленый, и мы с КХ рванули через пешеходную “зебру”. Заскочили в маленький магазинчик. За спиной звякнула, закрываясь, дверь.

 В магазине тепло и пахнет свежей булкой. “Пышки - 24 рубля”, прочитал я. Что-то дорого. Лампы дневного света потрескивают над головой.

Продавщица смотрит на Канарейку Хаоса и говорит:

- Привет, красотка. Как тебя зовут?

- Ирочка, - соврал я. На всякий пожарный, конечно. Канарейка Хаоса, обнаружив, что неожиданно стала “Ирочкой”, недоуменно подняла бровь.

- Какое красивое имя! – не унимается продавщица. - А сколько тебе лет, Ирочка?

- Мне тридцать девять, - честно сказал я. Я всегда в таких ситуациях перевожу внимание продавщиц на себя. Элька даже злиться начала. Но я ей честно говорю – если не я, то кто? Элька злится еще больше. Но в целом понимает, что иначе нельзя. Пусть лучше запомнят верзилу-металлюгу в очках и с бородкой. - Дайте вон то пиво.

- Какое?

- Самое дешевое. Спасибо.

Мы вышли из магазина. Самого дешевого оказалось два вида. Чтобы не мучиться, я взял оба. Все равно говно. Одну бутылку положил в коляску, другую открыл. Питерский день стал несколько добрее.

По пути мы с КХ заскочили в книжный. Как обычно. Я люблю книги.

- Я не Икочка. Я Оля, - сказала вдруг Канарейка, когда мы проезжали мимо прилавка.

Это она, конечно, вовремя.

- Договорились, - говорю я.

Мы добрались до отдела фантастики. Я привычно полез в раздел женского любовного фэнтези – никогда не покупаю, зато обожаю читать аннотации, но тут КХ повела себя странно.

Она вдруг стала морщиться, ерзать, словно вот-вот заплачет.

- Ты есть хочешь? – спросил я. – Или писать?

И тут я увидел.

В магазин за нами зашли двое. И стояли теперь в своих черных дождевиках у стойки, выбирали магнитики. Затем один отошел к двери, встал там. А другой примерял солнечные очки. В Новогоднюю ночь – почему нет? Желания должны исполняться.

У меня холодок пробежал по затылку.

Конечно, мы с Элькой знали, что когда-нибудь это случится. Контора выйдет на нас.

Я присел рядом с коляской.

- Доча, мы сейчас очень быстро поедем, - сказал я КХ. Канарейка посмотрела на меня серьезно. - Поиграем в гонки. Помнишь, мы смотрели “Тачки 3”? Сейчас мы с тобой будем Макквин Молния. Хорошо?

Канарейка кивнула.

- Я тебя лублу, - говорит.

У меня даже дыхание перехватило. Я вообще чувствительный отец-металлист.

- Я тебя тоже “лублу”. Раз-два-три… поехали!

И мы помчались. Мимо раздела современной прозы, мимо энциклопедий (люблю про динозавров), мимо детской книги… Вперед!

Коляска «бритакс» весит около пятнадцати килограммов, КХ – еще двенадцать вместе с запасными вещами, плюс мои девяносто пять. Агент в черном дождевике попытался заступить нам дорогу – и зря. Большая ошибка! Коляску только слегка тряхнуло, мне дернуло плечо – агента же снесло прямо на стойку с магнитиками. Грохот был, словно в магазине взорвалась мощная петарда. Открытки с видами Петербурга запорхали по всему книжному. Агент с солнечными очками рванулся было к нам, но на него упала стойка с путеводителями… Выбрал очки, выбери и пляж, злорадно подумал я.

Мы вырвались.

Что удобно с коляской – можно бежать как слон, даже по обледенелой улице. С ребенком на руках так не побегаешь.

Заскочив за угол, я схватился за телефон. Чуть карман куртки с мясом не вырвал. Быстрее. Да разблокируйся ты! Черт! Давай!

Я на ходу набрал Эльку. Гудки. Гудки. “Возьми трубку, пожалуйста”, взмолился я. Потом “вызываемый абонент находится вне зоны доступа”. Фак! Фак! Конечно, я подозревал, что до Элькиной лаборатории Контора доберется в первую очередь, но все равно надеялся на лучшее.

Я попробовал еще раз, уже зная, что теряю время. И еще раз. И еще.

Снег падал с небес, мягкий и пушистый. Канарейка Хаоса ловила ртом снежинки и морщила нос. Еще вчера мне казалось, что у меня скучная жизнь. Накарнал, блин.

Гудки. «…абонент временно вне зоны доступа…»

От телефона нужно избавиться, это азбука.

Я загнал коляску в арку, выглянул. Никого. Дождался, когда мимо проедет крытая газель (с номерами Ревеля, кстати), подбежал к дороге и аккуратно забросил телефон в кузов. Прощай, дружище. Пусть агенты ищут меня у финской границы.

Поворачиваясь, я снова увидел на углу людей в блестящих черных дождевиках. Блин, ну зима же! Что, не могли по погоде одеться? Я юркнул в арку, молясь, чтобы меня не заметили.

Теперь агентов было больше. И один чувак носил белое.

#####

Я аккуратно закрыл дверь, перевел дыхание. Сквозь цветное стекло я видел, как мимо пробежали две тени в темных дождевиках.

Вейп-шоп”. Черт, вот куда я попал. Парень за стойкой курил вейп, похожий на космический корабль из старой фантастики. Он сидел, окутанный белыми клубами и смотрел телик. Там что-то кричали гортанными японскими голосами и звенел металл. На стене портреты Боба Марли и Че Гевары. У стойки застыл средневековый рыцарь в полный рост, с мечом. Из приоткрытого забрала скалится череп.

Занятное местечко. Я посмотрел. Черт, мне нужно оружие! Одними кулаками мало что сделаешь.

- Сколько стоит меч?

Парень с дредами расслабленно покачал головой.

- Меч?

- Да, двуручник. Сколько?

И тут я понял, что сумка со всеми деньгами и карточками осталась в книжном. Так вот что это было! Черт. Я зачем-то полез в коляску, словно мог оставить сумку там, в отделении для вещей. Сумки, конечно же, не оказалось. Зато… Прохлада стекла в ладони, мда.

- У меня есть только это.

Я поставил на прилавок бутылку пива. Парень с дредами заморгал.

- Крафт?

- Бир, - сказал я. - Просто бир. Томское.

Парень совсем озадачился. Задумчиво выпустил клуб белого дыма.

- А зачем тебе меч, чувак?

- Ну… - я сделал неопределенный жест. Как тут объяснишь об агентах Конторы? О пробуждении Хаоса и скором конце света? В дешевой фантастике, что я читал, это делалось на раз-два.

Канарейка Хаоса что-то пробурчала.

- Ты спасаешь свою жизнь и жизнь дочки? - у чувака загорелись глаза.

- Да.

- Ты предал прежнего хозяина и ступил на путь мести?

Я подумал. Можно и так сказать. Я вспомнил все эти металлические баллады, которые я так любил раньше. “Приди, хозяин ада! Я твой слугаааа!”. Черт, а ведь действительно. В юности все эти «Сатана, возьми мою душу», кажутся настоящей романтикой. А сейчас, когда мне сорок и запахло жареным… серой… Нет, никаких хозяев.

Элька говорила, что сначала появятся агенты.

- Да, - говорю я. - Как ты догадался?

- Убиться ваще. Улет! - парень не на шутку разволновался. Что они вообще здесь курят? Он встал, показал на телевизор: - Чувак, да ты убийца сегуна, в натуре.

Я заглянул. Там суровый самурай в черном катил коляску с лысым ребенком и убивал всех на своем пути. Классика видеосалонов 90х. “Убийца сегуна”. В данный момент убийца расправлялся с какими-то черными нинзя. Кровь летела во все стороны.

- Так я возьму меч?

- Он прикручен. Это просто жесть, им комара не убьешь. Подожди-ка! - парень подставил табуретку, залез на нее. Потянулся и достал со шкафа японский меч с белой рукояткой.

Я вздохнул. Сдернул резинку с волос, помотал головой. Хайр черно-седой волной рассыпался по плечам. Я взял меч наизготовку и сделал грозное лицо. Именно в таком виде я попал на обложку фантастического боевика «Последний тамплиер. Золотые залежи», только меч был другой. Я не только читаю фантастику, у меня есть знакомые фантасты.

- Теперь понятно? – говорю.

Парень оживился.

- Киану Ривз! Джон Уик! – воскликнул он.

Я ухмыльнулся.

- Вообще-то Горец, ну да ладно.

Джон Уик тоже ничего. Вот бы мне так расправляться с врагами. Я вспомнил, как замолчал телефон Эльки, и настроение снова испортилось.

Парень вообще воодушевился.

- Клево ваще, - он вышел из-за прилавка, вытащил смартфон. - Одно фото, чувак?

- Валяй.

#####

Мы вышли на улицу. Теперь я был вооружен, но безденежен. Впрочем, ехать Убером или яндекс-такси я бы все равно не рискнул. Агенты отследят нас мигом. Коляску мы оставили парню с дредами – на хранение. Значит, теперь нам нужен транспорт. А вот и он…

У бара стоял офигенный “харлей” – с коляской, огромный, черно-хромированный и сверкающий, словно задница дьявола (простите за метафору, я слушаю слишком много тяжелой музыки). С мотоцикла как раз слез здоровенный толстый мужик в кожанке. Шлем у него был с крошечными рогами.

Я шагнул к мужику. Поднял меч, словно долбаный нинзя.

- Мне нужна твоя одежда, сапоги и мотоцикл.

Мужик посмотрел на меня и хмыкнул. Ростом он был вровень со мной, тоже великан – и совершенно меня не испугался.

- Всю жизнь мечтал сказать эту фразу, братан?

Я кивнул. Мужик засмеялся гулким басом.

- Та же фигня. А на мотоцикле ездить умеешь?

- Нет, - я опустил меч.

- А мелочь твоя? – он кивнул на Канарейку Хаоса. Та скорчила мину. Дочка у меня – само очарование. Постапокалиптическое, правда, но все же.

- Моя. К маме едем, - сказал я и зачем-то добавил: - Ее нужно спасать.

- Ладно. Садитесь, подвезу.

Мы с КХ сели в коляску. Это в моем детстве коляски в мотоциклах были проверкой на прочность, а тут целый роллс-ройс. Я закутал Канарейку потеплее в белый мех. И так Конец Света, еще не хватало простудиться.

Мужик разглядывал нас с интересом. Когда я поволок в коляску меч, мужик засмеялся. Протянул мне шлем, надень, мол.

- Куда ехать?

- К институту генетики.

- Это который? Их в Питере три штуки.

- Проспект Динамо.

- Это как понимаю, последняя надежда человечества? - он кивнул на КХ. Девица наморщила лоб.

Мужик шутил, но я кивнул – совершенно серьезно.

- Да.

#####

До Нового Года два часа, людей вокруг полно, зато нет пробок. Мы промчались по Невскому с ветерком. Через мосты. Новогодний город залит светом. Снег падает редкий и красивый, как из голливудского фильма.

Вот мы и на месте. Тихая улица почти без света. Снег падает. Кажется, что все хорошо… У меня опять задергалось где-то под сердцем. Потому что ничего не хорошо.

- Спасибо, - сказал я. Протянул мужику шлем.

- Бывай, бро. Удачи тебе с дочкой! Повеселитесь. Новый Год все-таки.

Это точно, Новый Год. Я с тоской подумал о елочке в нашей гостиной. Гирлянды переливаются в темноте. Синие, зеленые, красные. Китайские, с алиэкспресса, но радость от них все равно настоящая. А в морозилке бутылочка заготовлена. Я сглотнул слюну. Не время расслабляться.

Вперед, хэви-металл.

Конечно, мы мы заготовили план на случай кризиса. По нему мы уже должны были с Канарейкой оказаться у белорусской границы. Дальше в Минск, аэропорт, самолет до Индонезии. Дальше в Таиланд, Камбоджу и скрываться до посинения.

Но я не стал действовать по плану. Или мы заберем Эльку, или нам конец.

У Эльки – IQ больше 190 пунктов. Она гений. Биолог. Знает три языка, английский – как родной. Но может заблудиться в супермаркете или забыть, где живет. А при попытке спросить дорогу, загреметь в полицию. Но это не страшно. Ни фига не страшно. Она – моя любовь, а я – ее социальные навыки.

#####

Я сразу почуял неладно, но повернуть назад не мог.

Вход в здание не охранялся. Будка охраны была украшена мишурой и красными шариками – и пуста. Черт. Я вытянул клинок из ножен, взял меч наизготовку.

Я заглянул за стойку охраны.

Дядя Миша, пожилой пенсионер, когда-то он работал в службе внешней разведки, лежал на полу в луже крови. Его разорвали когтями… Когтями?!

Я вдруг вспомнил, как однажды мы с дядей Мишей болтали, пока я дожидался Эльку с работы (она уже была беременна Канарейкой Хаоса). И дядя Миша сказал:

- Не верю я ребятам в белом. Всем этим веганам, борцам за природу, нет курению и давайте добьемся. Знаешь. Когда наступит конец мира, последняя битва, ребята в белом будут ссаться по кустам. А драться выйдут кто-то вроде меня и тебя… заросшие потные мужики в потертых косухах, со стальной пластиной в мыске ботинка. Люди в черном. Вот так, парень.

А теперь дядя Миша мертв. Конец Света добрался и до него. Я перехватил меч крепче, двинулся вперед.

Спасибо, дядя Миша. Теперь у меня нет сомнений.

Я знаю, кто решит судьбу мира.

Это будем мы – высокомотивированные мужики с низким айкью.

- Эй! – окликнули меня. – Ты ребенка забыл.

Я рефлекторно дернулся, обернулся… Они были позади меня. Шестеро в черных блестящих дождевиках.

Агенты Хаоса.

#####

Меня притащили в какой-то ангар и посадили на стул. Канарейка Хаоса отбивалась и верещала, но ее тоже посадили – в специальное кресло, вроде нашего для кормления. Только это было из белого пластика (надеюсь, ударопрочного). И пристегнули ремнями. КХ затихла – наверное, потому что я был рядом. А может, она собиралась с силами, чтобы уничтожить тех, кто нас захватил, одним презрительным взглядом.

Среди черных дождевиков появился человек в белом. Я сразу окрестил его Вежливым – настолько ледяное, спокойное лицо у него было. Вежливому поставили стул напротив меня. Его белый кожаный пиджак скрипел, когда он усаживался.

- Вы все с сексшопах затариваетесь, что ли? Не пойму.

Вежливый улыбнулся. Тонкие губы изогнулись, а глаза остались холодными:

- Игорь… Могу я называть вас Игорем? Зачем все эти смешные побеги, эти шпионские трюки с телефонами и карточками? Контора не шутит. Мой хозяин не шутит. Неужели вы не понимаете, что сопротивление бессмысленно?

Я подумал и покачал головой.

- Нет? - удивился Вежливый.

- У меня низкий ай-кью. Мне можно.

- Можно что?

- Надеяться.

Вежливый рассмеялся. Тоже очень вежливо. И вот тут я подумал, что в нашей ситуации помочь могут только инопланетяне.

- Можно вопрос? – сказал я. - Где моя жена? Что вы с ней сделали?

Я ждал ответа

- Понятия не имею, Игорь Александрович, - сказал Вежливый. – Верите мне, нет?

И тут это случилось еще раз…

Фиолетовая вспышка. Я проморгался… агентов не было… пусто. Ничего не понимаю!

Канарейка Хаоса засмеялась. И стала тыкать пальцем:

- Ешаики! Ешаики!

«Смешарики», то есть. КХ нравится этот мультик.

Агенты, раздувшиеся, как аэростаты противовоздушной обороны, плавали под потолком ангара. Действительно, похожи на смешариков. Только черные и блестящие от дождевиков. Они иногда кричали жалобными голосами.

Мистер Вежливый куда-то исчез. Неужели лопнул?

- Так, - сказал я. КХ насупилась. - Я сколько раз говорил? Нельзя так делать. Ай-яй-яй. Мама будет нас ругать.

Канарейка состроила гримасу.

- Ладно-ладно, - поправился я. - меня будет ругать. А ты молодец. Уходим.

#####

Пора рассказать, почему мы между собой называем дочь Канарейкой Хаоса.

Раньше шахтеры брали в забой клетку с желтенькой птичкой канарейкой. Чтобы, когда наступает звиздец, птичка дала знак – пора валить. Элька говорит, что когда начнется Конец Света, КХ узнает об этом первой. И тогда, возможно, у нас будет немного времени.

Не знаю, откуда это Элька взяла. Но я ей верю. Ох, не геронтологией они в своей лаборатории занимались, точно.

Элька говорит, что это был несчастный случай. Пробирка лопнула у нее в руках… или не пробирка? Элька сыпала кучей терминов, но я все равно не запомнил. И что-то там еще про зеленый свет… В общем, Элька была беременна. И что-то произошло.

Я всю жизнь проработал на табачной фабрике, пока меня не уволили.

Теперь я сижу дома с Канарейкой Хаоса, потому что Эльке в ее лаборатории платят намного больше, чем мне на старой работе. Я кормлю мелкую, иду с ней гулять, пью пиво на прогулке и читаю фантастику. Мне нравится фантастика. Да, как вам сюжет?

В семье ученой-биолога, работающей в секретной лаборатории, и любящего выпить любителя дешевой фантастики подрастает ребенок-биологическое оружие. Это гибрид ДНК человека и ДНК ангела. Пробу ангельского ДНК нашли на глубине 13 километров при бурении сверхглубокой скважины на Кольском полуострове.

И вот однажды под НГ…

Да, вы правы. Сюжет так себе.

#####

- Уходим, - сказал я КХ.

- Не так быстро, - произнес знакомый голос. Очень вежливый. «Как у лося в анекдоте», подумал я в отчаянии.

Я поднял свой меч, встал в стойку.

Вежливого тоже изменила фиолетовая вспышка. Теперь он обрел свой истинный облик. Он напоминал чудовище-минотавра, белоснежного, с крыльями, как у ангела – огромными, белыми. Пушистыми, как снег. Я пригляделся. Нет, не так все красиво. Местами перья обуглились, на шкуре зияли кровавые пятна и шрамы.

- Мой хозяин требует это дитя, - сказал минотавр. Глаза его горели красным огнем. В аду им лампочки вкручивают, что ли?

Голос его оставался вежливым, но грохотал, как горный обвал.

- А твой хозяин ху не хо? – спросил я в ответ.

И мы столкнулись в схватке, как два горных обвала…

#####

- Вы где были? – спросили из темноты. И у меня заныло сердце.

Из темноты парадной к нам шагнула Элька – живая и невредимая. С пакетами в руках. Красивая настолько, что мы с Канарейкой замерли как соляные столбы. А нет… Канарейка просто уснула. Вымоталась за день.

Элька, Элька… Жива! У меня вдруг подкосились ноги.

- У меня телефон разрядился, - пожаловалась она. - Еле добралась… Как вы могли меня бросить! Я думала, вы меня придете и спасете.

- От такси?

- Да!

У Эльки фобия на желтые машины. Автобусы она вообще считает кем-то вроде чудовищ, пожирающих людей, и панически боится. И только трамвай почему-то пользуется ее необъяснимой симпатией.

Элька остановилась, словно увидела нас впервые. Канарейка Хаоса засопела у меня на руках, зевнула…

И открыла глаза:

- Мама? – спросила она сонно. – Мамочка!

Протянула руки. В следующее мгновение мы уже обнимали Эльку. Вот она, моя любимая скучная жизнь.

- А где коляска? – спросила Элька. Неудоменно подняла брови. – Чего ты ржешь?

Я не ржу. Честно. Я радуюсь.

#####

В ангаре колыхались в воздухе белые пушистые перья. Летали под потолком черные шары и время от времени кричали смешными голосами.

Посреди ангара лежал мертвый ангел, забитый насмерть сувенирным мечом.

Это Питер, детка.

#####

- …поздравляю вас с новым две тысячи восемнадцатым годом! – объявил президент. Телевизор работал в полутьме, заливая синеватым светом праздничный стол.

- Разливай, разливай, быстрее, - зашипела Элька. – Не успеем.

Шампанское выстрелило в потолок, я начал разливать. Я не люблю шампанское, но сегодня хотелось такой вот серой стандартной суеты. Чтобы – как у всех. Чтобы чувствовать, что в жизни есть некий четкий план и распорядок. Чтобы забыть о том, что когда-нибудь наша любимая Канарейка Хаоса возвестит о Конце Света.

Если, конечно, раньше до нас не доберется очередная Контора.

Мы дождались двенадцатого удара и чокнулись. Чин-чин. А потом поцеловались… Когда я доедал салат, за окном вспыхнуло фиолетовым и красным. Раз, другой. Петарды, наверное. Элька подошла к окну.

- Салют?

- Да пофиг, - я допил кислятину и решил, что пора достать заветную бутылочку. Даже зажмурился в предвкушении. Водка это вещь.

- Игорь! Игорь… смотри! – Элька привстала на цыпочки.

- Что еще?

Я встал, выглянул в окно и открыл рот.

Помните, что я говорил раньше, когда все закрутилось? Без пришествия инопланетян нам в этом точно не разобраться.

И они, блин, пришли.

В черном новогоднем питерском небе зависли десятки летающих тарелок. Их огни сияли – желтые, зеленые, красные. Как гирлянды на елке.

Кажется, моя просьба о помощи не осталась незамеченной.

Я покосился на Канарейку. Дочь невинно сопела, развалившись в кресле для кормления. Ноги забросила на столик.

Похоже, Конец Света временно отменяется. И на том спасибо.

- Вот это да, - сказала Элька. – Видишь? Они прилетели!

Я кивнул. Потом полез под елку. Где-то тут было письмо Деду Морозу, что нарисовала Канарейка Хаоса.

Я развернул листок. И вздрогнул. Цветными карандашами, корявым детским почерком были нарисованы… летающие тарелки.

Интересно, когда Канарейка объявит о Конце Света, это будет – потому что она его предчувствовала или потому что пожелала? Я почесал затылок. Надо, наверное, нам получше ее кормить. И любить. И как-то умудриться проскочить подростковый возраст с его депрессиями и психами…

- Что там у тебя? – спросила Элька. Я небрежно свернул листок и спрятал. Да, теперь от мамы нам точно попадет.

- Ничего.

#####

Ранее питерское утро. Туман стелился по мостовым, висел над Невой, застревал в дворах-колодцах и переулках. Первого января город словно вымер, словно Конец Света все-таки наступил. Хотя кто его знает… На снегу тут и там лежало конфетти. По крайней мере, это был нескучный Конец Света.

Я медленно толкал коляску с бодрой Канарейкой и отчаянно зевал. Сейчас перейдем через улицу, там направо через сад, к пруду. Обычный наш маршрут. Я остановился… Во дают. Ну разве так можно?

- Ну что за люди, - сказал я в сердцах.

Я вынул гвоздь. Он у меня на всякий случай заготовлен. Это ж Питер, детка. И пошел, держа его в левой руке, насвистывая мотивчик и толкая другой рукой коляску. Wind of change. На боку тарелки остался рваный след.

Будут знать, как парковаться на пешеходном.

Понаставили! С коляской негде проехать!

Я улыбнулся. Канарейка довольно загудела. Да, девочка моя, это Питер. Тут даже инопланетяне не забалуют.

Сергей Удалов


Самое обсуждаемое



Свежие комментарии