10. Вторжение скифов


Континенталист, 14.07.2019 05:57   –   cont.ws


Иванчик А. И. указывает на аккадские хроники эпохи царя Асархаддона, опираясь на которые, определяет две группы племён, действующие в Манне и Мидии – это киммерийцы и скифы. Таким образом, всего у Иванчика А. И. насчитываются три группировки: две на востоке в годы правления Асархаддона, плюс третья – в Малой Азии.

Дьяконов полагает иначе. В его интерпретации те же аккадские тексты показывают, что киммерийцы действовали на западе, в Малой Азии, а скифы наступали на востоке, в Манне и Мидии.

Тем не менее, историки полагают, что аккадские тексты времён Асархаддона, которые сохранились в большом количестве, причём значительная их часть относится к запросам царя оракулу бога Шамаша, относятся именно к киммерийцам, которые действуют к востоку от Ассирии. Важно при этом, что документы, перечисляющие врагов Ассирии, называют в качестве союзников маннейцев и мидян и киммерийцев, и скифов. Скифы при этом здесь появляются впервые и их название находится иногда в одном тексте с названием киммерийцев.

Таким образом, разные интерпретации одних и тех же источников приводят историков к различным выводам. Несомненно то, что киммерийцы в Малой Азии были, а скифы наступали с востока.

Итак, за отрядами киммерийцев двинулись скифы, но, как было сказано выше, по другому маршруту. Сначала скифы появились в Маннейском царстве и расселились там. Царство Манна располагалось на территории Иранского, или Южного, Азербайджана на северо-западе современного Ирана, к юго-востоку и югу от озера Урмия.

Скорее всего, до вооружённого конфликта дело не дошло и вопрос был решён мирным путём. «Проникновению скифов на указанную территорию способствовала также политика манейских царей, которые стремились к союзу со скифами и не препятствовали их расселению в пределах своего царства».

Объяснение этому обстоятелству мы находим в положении Мидии, как вассала Ассирии. Формально территория Мидии находилась под властью Ассирии и была разделена на провинции, в числе около десяти. Однако лишь в трёх из них, а именно: Замуа, Парсуа и Аррапхе, ассирийцы поддерживали свою власть. На остальной территории завоеватели были фактически заперты в своих крепостях и лишь выходили оттуда для сбора дани – при поддержке приходивщих из метрополии подкреплений. Реальная власть в Мидии находилась в руках местных вождей. Но их слабостью было отсутствие единства.

Временной отрезок, соответствующий «сосредоточению» скифов в Маннейском царстве, определить затруднительно, но по косвенным данным можно указать его окончание, которое приходится на 70-е годы VII в. до н.э. «Как известно, древнейшее упоминание имени «скифы» связано с имевшими место в Передней Азии в 70-х годах VII в. до н.э. действиями союзников маннеев «Ишпакая, скифа». Для нас важность этого свидетельства определяется ещё и тем, что оно содержится в источнике, синхронном отражённым в нём событиям, а не принадлежит к числу ретроспективных повествований, подобных рассказам Геродота или иных античных авторов о ранних этапах скифской истории; следовательно, можно утверждать, что оно заведомо отражает не то значение этнонима, которое было придано ему задним числом, а аутентичное для рассматриваемой эпохи…

Таким образом, не позднее указанного времени люди, обозначаемые современниками именем «скифы», уже несомненно присутствуют в Передней Азии».

Ко времени, когда скифы в союзе с Манной и Мидией в 70-х годах VII в. до н.э. напали на Ассирию, и относятся первые ассирийские упоминания про скифов. Их вождём был Ишпакаи. Наступление скифов велось с территории, к юго-востоку от которой располагалась Мидия, на юге от неё было царство Манна, на западе – Урарту. Страбон пишет, что это была лучшая земля в Армении: «Саки совершали набеги подобно киммерийцам и трерам: одни набеги более дальние, другие же – на близкое расстояние. Так они захватили Бактриану и завладели лучшей землей в Армении, которой они оставили название от своего имени – Сакасена; они дошли вплоть до страны каппадокийцев, в частности до тех, кто живёт на Евксинском море и теперь называется понтиками». Под саками, как уже говорилось, здесь следует понимать скифов.

Но эта угроза ещё не воспринималась правителями Ассирии, как серьёзная. «Скифы упоминаются в аккадских текстах с начала 670-х годов до н.э., однако для авторов этих текстов они всегда остаются незначительным периферийным народом, живущим на северо-восточных границах Ассирии, в Манне и Мидии. Клинописным источникам неизвестно ничего похожего на античную традицию о скифском владычестве в Азии, включавшую и рассказы о поражении и подчинении Мидии, и о походе в Сирию и Палестину до границ Египта, и об уничтожении киммерийцев. Уже сам этот факт заставляет предположить, что соответствующие события, если они действительно имели место, должны относиться ко времени, для которого неизвестны ассирийские тексты, содержащие историческую информацию, т. е. к эпохе позже 30-х годов VII в. до н.э.»

В 675 г. царь Элама, государства, располагавшегося на юго-западе современного Ирана, осуществил вторжение в Северную Вавилонию и подошёл к городу Сиппар. Внезапность наступления принесла свои плоды: не успевшие подготовиться к обороне города, жители Сиппара дали возможность эламитам в него ворваться. Начался грабёж. Опомнившись, горожане оказали ожесточённое сопротивление, результатом которого стало отступление эламитов. Часть храмов, подвергшихся разграблению, лишилась своих сокровищ, статуй богов, которые нападавшие унесли с собой. Через некоторое время после этого неудачного похода царь Элама «умер, не бывши болен». Современники восприняли его смерть как кару богов за святотатство. Новый царь Элама стал придерживаться политики дружественных отношений с Ассирией.

На севере царство Урарту, понесшее тяжёлые поражения от киммерийцев, занималось восстановлением сил и также не представляло пока угрозу для Ассирии. Правда, в том же 675 году один из областеначальников Урарту сделал попытку вторгнуться в Шубрию, область, лежащую к юго-западу от озера Ван и пограничную с Урарту. Однако поход Асархаддона в Шубрию в 674 г. свёл на нет усилия урартцев. Их вождь был схвачен ассирийцами и выдан правителю Урарту. Видимо, в этот сложный и неопределённый период обе стороны стремились избегать открытых столкновений друг с другом.

Скифы, расселявшиеся в Мидии, препятствовали ассирийским гарнизонам собирать дань с этой страны. Три мидийских князя обратились к царю Ассирии за помощью. Асархаддон отправил в Мидию свои войска. Тогда Манна разрывает союз с Ассирией и прекращает выплату дани.

Асархаддон в 675 г. совершает поход в Манну, в ходе которого ассирийцы достигли города Демавенд. Ассирийцы, как выше указывалось, сообщают о разгроме скифского вождя Ишпакаи, союзника Манны.

Однако, если до похода Ишпакаи назывался вождём скифов, то после объявления о его уничтожении его наследник Партатуа назван уже не вождём, а царём страны Ишкуза, т.е. Скифского царства.

В чём же дело?

О разгроме скифов мы узнаём от их противников – ассирийцев. Великий царь могущественного царства не может быть битым от рук варваров, поэтому в анналах истории он остаётся победителем, даже если это не соответствует истории реальной. Об этом же сообщают исследователи: «ассирийские цари любили преувеличивать как масштабы своих побед, так и размеры добычи». И далее: «Хотя надписи ассирийских царей, повествующие о событиях их царствования, принято называть анналами, т.е. летописями, в действительности они не представляют собой погодных записей. Эту функцию выполняли списки эпонимов – лимму, содержащие также заметки о важнейших событиях того или иного года. Царские же «анналы» представляют собой литературные композиции, в которых исторические события «аранжированы», чтобы сделать повествование более красочным, а также, разумеется, чтобы выставить деяния царя в наиболее выгодном свете. В этих целях ассирийские историки нередко позволяли себе сильные преувеличения или, наоборот, умолчания».

О результатах похода Асархаддона мы можем судить также по последующим событиям. Итак, имел место поход в Манну, там ассирийцы сражались со скифами, их вождь погиб, а его наследник, уже не вождь, но царь, ведёт переговоры с Асархаддоном. Возможно, смерть Ишпакаи помешала скифам окончательно разгромить ассирийцев, бывших на грани поражения. Это лишь предположения. Но совершенно ясно, что после одержанной победы царь Ассирии не сядет за стол переговоров с вождём варваров и конечно, не станет именовать его царём. Царский титул, видимо, был нужен для того, чтобы Асархаддон вёл переговоры с равным себе.

Далее, результатом переговоров лидеров Ассирии и Скифии стал договор о дружбе, в залог которой Партатуа просит руку ассирийской царевны. Скорее всего, сражение закончилось безрезультатно и Асархаддон, не сумев изгнать скифов из Манны, видимо, решил закрепить статус-кво. В одном из писем к царю Ассирии говорится о каких-то переговорах с «киммерийцами», под которыми Артамонов предлагает подразумевать скифов. Последние обещали не вмешиваться в ассиро-маннейские отношения.

У Артамонова Асархаддон сумел разъединить союзников, уговорить скифского вождя предать маннеев, в награду за что и получил царский титул и руку ассирийской царевны.

Описывая действия царя Ассирии, мы не должны забывать, что подлинным правителем ассирийцев был бог Ашшур, в то время как царь исполнял функцию его намесстника. На деле это означало, что действия царя были продиктованы указаниями жрецов, этих реальных правителей Ассирии.

При известии о вторжении киммерийцев и скифов Асархаддон обратился к оракулу. Он «впал в полное смятение». Царь вопрошал оракул о том, осуществятся ли замыслы Русы (Урсы, сына Аргишти), правителя Урарту или народов гимирра (киммерийцев); сохранит ли верность Ассирии скифский вождь, если получит ассирийскую царевну. Асархаддон беспокоился также, вторгнутся ли урарты и киммерийцы в страну Шуприа? В другом месте Асархаддон вопрошает оракул, удадутся ли планы «воинов гимирра, или воинов мидийских, или воинов манейских»? Таким образом, ассирийского царя тревожили опасения о вторжении киммерийцев, урартов, мидийцев и манейцев. Видимо, накануне переговоров со скифским вождём Асархаддон спрашивает у оракула: «скажет ли Партатуа, царь скифов, Асархаддону, царю Ассирии, истинные, правдивые и честные слова примирения?»

Таким образом, Асархаддон уладил дело со скифами, однако, скорее всего, в реальности дело обстояло не так блистательно, как сообщают аккадские тексты. Артамонов считает, что в своих хвастливых надписях Асархаддон значительно приукрасил ход вещей. Заявленный им разгром скифского войска исключал необходимость вести с их вождём переговоры на равных, а также задавать оракулу тревожные вопросы об опасности с их стороны.

Шаг Ассирии следует оценить должным образом. Это сильнейшее государство на Ближнем Востоке в описываемый период и, следовательно, заключение договорённости о выдачи царской дочери замуж за вождя варваров с заявлением ассирийского царя о разгроме этого племени варваров не согласуется никак. Поэтому некоторые историки пишут не о победе Ассирии над скифами, а о столкновении между ними, закончившемся договорённостью о женитьбе вождя скифов на царевне. «Восстановить историю пребывания скифов в Передней Азии затруднительно, так как имеющиеся источники дают отрывочные сведения. Известно, что в 70-х гг. VII в. до н.э. скифы во главе с царём Ишпакаем объединились с мидийцами и маннеями и выступили против Ассирии. Асархаддону, царю Ассирии, удалось, однако, заключить со скифами сепаратный мир. Он согласился даже отдать за Партатуа (Бартатуа), другого царя скифов, свою дочь. Чтобы в полной мере оценить этот факт, надо иметь в виду, что Ассирия в то время была крупнейшей и сильнейшей державой Переднего Востока».

Ответ оракула Асархаддону остался неизвестен. Но судя по дальнейшему ходу событий, брак ассирийской царевны со скифским вождём состоялся.

Таким образом, Асархаддон устранил, как он, возможно, полагал, а на самом деле отсрочил, угрозу с севера и востока. Теперь он мог повернуться на запад – в сторону противника, которого, вероятно, считал главным. Ассирии предстояло решить вопрос с Египтом, по-прежнему претендовавшим на Сирию, Палестину и Финикию, но в то же время являвшимся и важным торговым партнёром.

В 688 г. до н.э. скончался правитель Египта Шабатака. По Манефону, его убил некий Тахарка, мать которого была нубийка. Тахарка во главе армии пришёл из Эфиопии и занял царский трон. Он правил Египтом 13 лет.

В 674 г. до н.э. Асархаддон двинулся в Египет и подошёл к Восточной Дельте, где располагались египетские пограничные крепости. Произошло сражение, по результатам которого Тахарка разгромил ассирийское войско.

Однако Тахарка отдавал себе отчёт в том, что Асархаддон не смирится с понесённым поражением и предпримет новую попытку вторжения в Египет. Действуя в русле традиционной египетской политики, Тахарка попытался организовать антиассирийские восстания в тылу Асархаддона. Однако успеха удалось достичь только в Тире и Аскалоне.

Сам Асархаддон в это время был вынужден снова повернуться на восток. Ситуация здесь ещё больше ухудшилась. Мидия и Манна выступили против Ассирии в союзе не только со скифами, но и кимерийцами. «В 675 г. до н.э. киммерийцы ещё сохраняли нейтралитете в конфликте между Ассирией и Манной, что следует из письма некоего Белушезиба к царю Асархаддону (АВИУ, №69). Однако, уже через несколько лет, в 673 – 672 гг. до н.э., союз киммерийцев и маннеев, а также мидян и скифов, был направлен против Ассирии и служил для неё предметом постоянного беспокойства. В запросах ассирийского царя Асархаддона выражена также озабоченность по поводу ожидаемого нападения Урарту в союзе с киммерийцами на область Шубрию, располагающуюся юго-западнее Ванского озера (АВИУ, №68). Из всего этого можно сделать вывод, что киммерийцы в конце 70-х годов VII в. до н.э. угрожали районам, которые находились под властью или политическим влиянием Ассирии. Главная концентрация киммерийских сил в это время была на юге Урарту и в районе озера Урмия – факт, который отражён в надписях ассирийских царей. При этом, как указывалось выше, киммерийцы поддерживали таких противников Ассирии, как Манна, Мидия, Урарту. Существование тесных союзнических отношений между киммерийцами и Урарту (в годы правления Русы II – 685 – 645 гг. до н.э.) и даже наличие киммерийской базы на урартской территории признаётся исследователями».

Далее, в запросе Асархаддона в числе врагов Ассирии называются не только скифы, но и киммерийцы. При определении противостоящего ассирийцам врага в запросе оракулу нет единодушия и наряду со скифами, «угрожающими из-за перевалов Хубушкии», называются также и союзные маннеям киммерийцы.

Это значит, что, во-первых, киммерийцы не ограничивались разгромом Урарту и царств Малой Азии, но и угрожали Ассирии. Во-вторых, киммерийцы действуют против врага, общего для них и для скифов.

Восстание в Мидии, поддержанное скифами, тем временем ширилось, несмотря на победные реляции аккадских клинописей. Восстание мидян возглавил вождь Каштариту. Результатом ассирийских побед, о которых сообщают сами ассирийцы, стало отпадение от Ассирии большей части территории Мидии. Практически все ассирийские крепости в Мидии были осаждены восставшими.

Переговоры, которые Ассархаддон вёл со скифским царём Партатуа, проходили на фоне практической потери Мидийских провинций для Ассирии. Асархаддон одновременно вёл также и переговоры с мидийцами, пытаясь разорвать их союз со скифами. Такова была политическая реальность, многие аспекты которой не были отображены в аккадских текстах.

Артамонов указывает, что в одном из документов, сохранившихся от того времени, названы как киммерийцы, так и скифы, из чего заключает, что участие в борьбе с Ассирией приняли не одни скифы, но несколько народов «севера», в т.ч. и скифы, пришедшие из Северного Причерноморья. При этом, замечает Артамонов, все эти народы назывались общим именем «киммерийцы», что равнозначно нарицательному обозначению их северными народами, среди которых скифы едва ли занимали господствующее положение.

В 673 г. скифы уже выступают в качестве союзников Ассирии, помогая ей подавить восстание на северо-востоке страны.

Около 672 г. было создано независимое Мидийское царство. Царь мидян Дейок (700 – 647 гг.) сумел добиться объединения отдельных провинций в единое государство. Ему наследовал его сын Фраотр (647 – 625 гг.), который впследствии превратил Мидию в сильное царство. Он подчинил персов и другие народы Ирана.

Ещё раз напомним читателю, что ко многим датам, здесь указываемым, следует добавлять слова: около, примерно, приблизительно. Более уверенно и точно можно говорить, как уже указывалось, в тех случаях, когда историки опираются на даты, указанные в аккадских хрониках.

Уточнить хронологию позволяет запрос Асархаддона к оракулу, который мы разбираем и который также показывает угрозу, возникшую для Ассирии со стороны скифов. «Запрос Асархаддона датируется около 672 г. до н.э.»

Приведём в качестве примера один из запросов ассирийского царя оракулу. «Шамаш великий владыка, на то, о чём я тебя вопрошаю, дай мне верный ответ: с этого дня, с третьего дня этого месяца айяра (2-й месяц) до 11 дня месяца аба (5-й месяц) этого года, на 100 дней и 100 ночей – срок свершения гадания. В течение этого срока – будь то Каштарити с его войском, будь то войско киммерийцев, будь то войско мидян, будь то войско маннеев, будь то какой бы то ни было враг – задумывают (?) ли они, замышляют ли они? Будь то осадой, будь то силой, будь то боевыми действиями, битвой и сражением, будь то проломом (?), будь то подкопом, …и…, будь то тараном, будь то осадным орудием, будь то голодом, будь то клятвой именем бога или богини, будь то доброй речью и мирным договором, будь то какой-либо хитростью для взятия городов – возьмут ли они город Кишассу, войдут ли в этот город Кишассу, покорит ли этот город Кишассу рука их, будет ли причислен к их владению? – Твоя великая божественность знает. Взятие этого города Кишассу рукою какого бы то ни было врага с этого дня и до дня моего срока – приказанием, устами твоей великой божественности приказано ли, установлено ли? Увидит ли видящий, услышит ли слышащий? Прости, если [гадание свершается] после моего срока; прости, если с ним сердце их замыслило и они обратились во врагов, прости, если он[и] совершил[и] убийство и разграбил[и] их полевую добычу; прости, если приговор этого дня – добрый ли он или дурной – будет днём бурным, [который] польёт дождём; прости, если нечистый нечистоту в место гадания принёс и сделал нечистым; прости, если ягнёнок твоей божественности, что взят для гаданья, имеет недостаток или грех; прости, если прикасающийся ко лбу ягненка – свою обрядовую одежду надел грязной, что-либо нечистое съел, выпил, умастился,… руки… изменил (?) заступил (?); прости, если в устах одного из гадателей, раба твоего, слово спуталось (?) – будь то…, будь то… – я вопрошаю тебя, Шамаш, великий владыка: Что с этого дня, 3 дня этого месяца айяра до 11 дня месяца аба этого года, будь то Каштарити с его войском, будь то войско киммерийцев, будь то войско маннеев, будь то войско мидян, будь то какой бы то ни было враг – захватят ли они этот город Кишассу, войдут ли в этот город Кишассу, покорит ли этот город Кишассу рука их, будет ли причислен к их владенью? (Следует описание признаков в печени ягненка, по которой производилось гаданье.)».

Итак, заполучив скифов в союзники и не сумев предотвратить отпадение Мидии, Асархаддон в 671 г. снова двинулся на запад против Египта. Часть сил была выделена для осады Тира, главные же силы были направлены в Дельту. Египетская армия была разгромлена и рассеяна, а Тахарка бежал в Верхний Египет. Асархаддон принял титул «царь царей Египта, Верхнего Египта и Эфиопии», что означало его намерение продолжать войну с целью завоевания всей долины Нила. Египетские номархи в Дельте сохранили свою власть, но к каждому из них Асархаддон приставил ассирийского чиновника. Главным номархом он назначил владетеля Саиса Нехо. Так Нижний Египет стал провинцией Ассирии.

Тем временем восставший Тир продолжал сопротивление. Расположенный на острове, он был неприступен для армии Ассирии, не имевшей флота. По этой же причине ассирийцы не могли организовать и морскую блокаду города. Более того, после возвращения Асархаддона в Ассирию Египет немедленнно восстал и ассирийские гарнизоны в египетских городах оказались в осаде.

Асархаддон между тем решал вопрос престолонаследия. У него было три сына, старший из которых умер ещё молодым. Из двоих оставшихся младший был любимцем отца и своей бабки. Его звали Ашшурбанапал. Отец решил разделить власть между обоими сыновьями. Ашшурбанапал должен был занять престол Ассирии, а его брату Шамаш-шум-укину предназначался трон Вавилона. При этом Ашшурбанапалу должна была принадлежать верховная власть, другими словами, он был «старшим» царём. Излишне напоминать, что такое решение было принято в соответствии с волей оракула.

По всей видимости, сам Асархаддон имел другое мнение по поводу подобного разделения власти. Один вельможа написал Асархаддону письмо, в котором указал, что такое решение «нехорошо для Ассирии». Видимо, это понимал и сам Асархаддон, но подчинился чужой воле. Во всяком случае, такая неслыханная дерзость обошлась упомянутому вельможе по тем временам чрезвычайно дешево: он и его сын были «удалены от двора».

Таково было положение дел к 671 году. В период времени 674 – 671 гг. до н.э., когда Мидия обрела независимость, скифы под предводительством Партатуа из противника Ассирии стали её союзником. Это особое время в истории киммерийцев и скифов, которое характеризуется тем, что бывшие союзники стали противниками. Новое положение вещей определило отношения между ними на несколько десятилетий вперёд и, кстати, противоречит концепции отождествления киммерийцев и скифов.

Теперь киммерийцы переместили свою активность в Малую Азию. Они продолжали поддерживать хорошие отношения с Урарту и занимать антиассирийскую позицию. А скифы продолжали, напротив, поддерживать Ассирию.

Около 670 г. до н.э. Урарту снова проявило активность в Шубрии. Им помогали киммерийцы. После этого киммерийцы перемещаются в Малую Азию. Имена трёх киммерийских вождей, действовавших в Малой Азии, нам известны. Это Теушпа, Лигдамис (Тугдамме) и Сандакшатру.

12 апреля 668 г. до н.э. Асархаддон отрёкся от власти в пользу своего сыны Ашурбанапала. Менее чем через год Асархаддон умер. Тураев в Истории Древнего Египта сообщает иначе: после восстания в Египте Асархаддон двинулся туда против мятежников, но умер в пути в 668 г., а военная кампания была продолжена его сыном Ашурбанапалом.

Тахарка снова был разгромлен и снова бежал на юг. Так был разделён Египет: Тахарка стал править Верхним Египтом, Ассирия заняла Нижний Египет.

Новый правитель Ассирии Ашшурбанапал (668 – 627 гг. до н.э.) в полной мере представлял собой царя де-юре и послушным орудием воли жрецов, де-факто. «Ашшурбанапал изнурял себя постами, и сохранилось письмо, в котором жрецы, в ответ на его жалобный вопрос, как долго ему ещё поститься, предписывают ему продолжать пост…

Ашшурбанапал был умным, образованным и злым тираном с тяжёлым комплексом неполноценности. Вместе с тем, как и большинство подобных тиранов, он был нередко безвольной игрушкой в руках своего окружения».

После присоединения Нижнего Египта Ашшурбанапал решил покончить с царством Элам. Эта страна была уничтожена ассирийцами в полном смысле этого слова. Методично продвигаясь, ассирийское войско уничтожало город за городом, деревню за деревню, оставляя после себя пустыню. Так же планомерно физическому уничтожению подвергались жители. Часть из них, в соответствии с ассирийскими обычаями, была переселена в другие земли. На этом Элам, и как царство, и как народ, прекратил своё существование.

Подавив мятежи на окраинах Ассирии, Ашшурбанапал совершил триумфальный въезд в свою столицу. Сам царь находился на колеснице, в которую были впряжены три царя Элама и один аравийский шейх. Они довезли своего повелителя до ворот храма. Ашшурбанапал сошёл с колесницы и торжественно, подняв руки к небу, возблагодарил богов за дарованные ему победы над мятежниками.

Между тем, борьба с киммерийцами продолжалась. Двинувшись в Малую Азию, они создали угрозу тем северо-западным районам Ассирии, которые прикрывали её выход к Средиземному морю. Таким образом, в годы правления Ашшурбанапала скифы стали уже представлять большую опасность для Ассирии.

После захвата Фригии киммерийцы вышли к границам Лидии и Табала. Лидия располагалась к западу от Фригии, а территория Табала находилась в горах Тавра.

Что из себя представляли древние царства Малой Азии, покажем на примере Лидии.

Лидия занимала центральное положение в западной части Малой Азии. Ранее Лидия входила в состав фригийского царства, но после его ослабления отделилась и образовала своё государство. Столицей Лидии был город Сарды. Плодородные почвы способствовали занятию земледелием и садоводством, а реки Герм, Пактол, Меандр давали возможность орошения полей. Жители Лидии выращивали в долинах зерновые культуры, а на склонах гор – виноград. Огромные пастбища, на которых выращивали в том числе и коней, позволяли заниматься скотоводством. Но помимо сельского хозяйства Лидия была знаменита богатством залежей золота, серебра, железа, меди, цинка. Это способствовало расцвету в стране металлургического производства. Золото добывали в «золотоносной» реке Пактол. Река протекала через Сарды и через царский акрополь непосредственно, так что цари Лидии черпали золото прямо у себя под ногами.

В Лидии также занимались изготовлением дорогих узорчатых тканей, шили роскошные одежды, делали керамику, плитку, кирпичи, минеральные краски – в Древнем мире была знаменита сардская охра.

Удобное географическое положение Лидии между Западом и Востоком оказало влияние на развитие торговли. Античные авторы называют лидийцев «оборотистыми торговцами». Для приезжих торговых гостей в Лидии строились гостиницы. Лидию называют родиной монеты – считается, что это удобное средство денежного обращения было изобретено именно там. Монету чеканили в правление царя Гига из электрума, представлявшего собой сплав золота и серебра. Затем стали чеканить серебряные монеты. Чеканку золотой монеты наладят позже, в правление царя Креза в VI в. до н.э. О широком распространении лидийских монет говорит то, что ими пользовались в греческих городах Ионии. О богатстве страны повествует Геродот, у которого некий лидиец Пифий подарил Дарию I, царю персов, платан и виноградную лозу из чистого золота.

Лидия была рабовладельческим государством. Господствующее положение в стране занимали рабовладельцы, а также жрецы и военные. Имелись также свободные мелкие землевладельцы, образовывавшие основу производителей и налогоплательщиков. Издавна в стране собиралось народное собрание для решения важных вопросов внутренней и внешней политики. Но с ростом могущества аристократических родов народное собрание постепенно утратило своё значение.

Лидия славилась своими конями, которые давали её правителям возможность содержать хорошую конницу и колесницы. В войске служили в том числе и наёмники. В Лидии пользовались популярностью гимнастические военные игры, военные пляски, а также игры в кости, мяч, кубы. В стране сооружались неприступные крепости, гробницы царям и даже водохранилища. В качестве примера сложного искусственного водохранилища можно привести озеро Гигея.

Алфавитную письменность лидийы взяли у соседних ионийских греков. Лидийская музыка исполнялась на флейтах, дудках, кимвалах, многострунных лирах, тимпанах. Имелись врачи, обладавшие знанием о лекарствах. Изобразительное искусство отличалось своеобразием и красочностью. Предметами искусства можно назвать ювелирные изделия из золота, горного хрусталя, сердолика, многоцветные терракотовые рельефы, вазы с сюжетной росписью.

Религия лидийцев вращалась вокруг культа богов, которые умирали и воскрешали. К ним относились небезызвестный нам Аттис, а также Сандан, Сабазий. Как мы помним, в честь этих богов устраивались оргиастические мистерии. Но наивысшее положение занимала богина-мать, также упоминаемая уже Кибела, она же Великая Матерь, она же – Матерь богов, Ма и прочая. Между прочим, богиня-мать не только олицетворяла культ плодородия, но одновременно почиталась и как божество войны – это относилось как к Лидии, так и ко всем остальным царствам Малой Азии.

Царь Лидии Гиг (692 – 654 гг. до н.э.) придя к власти, основал новую династию Мермнадов. На годы царствования Гига приходит расцвет Лидии. Он стал одним из самых могущественных правителей этой страны. Гиг расширил пределы своего царства, в том числе и за счёт Фригии, в чей состав когда-то входила Лидия. Также он присоединил Карий, Троаду, Мисию. Это дало ему возможность получить выход к морским проливам и торговым путям в Причерноморье. Затем Гиг совершил поход против греческих городов Милета и Смирны, чтобы получить выход также и в Эгейское море. Эти походы, однако, не достигли поставленных целей, хотя были достигнуты частные успехи – взяты Колофон и Магнезия. При всём этом Гиг стремился поддерживать хорошие отношения с греческими жрецами. Так, он посылал богатые дары в греческий жреческий центр Дельфы и дружил со жрецами бога Аполлона.

Но наступили новые времена и в 667 г., по другим данным – в 665 г. или 664 г. царь Гиг отправил послов в Ассирию с просьбой о помощи против киммерийцев. Сам Гиг в своё время захватил лидийский престол силой, а теперь, перед угрозой северных пришельцев, обратился к грозному владыке Передней Азии. В трудном положении оказался весь регион Малой Азии: примерно в то время как Лидия обращается за помощью к Ассирии, подобный же призыв о помощи приходит и из Табала.

Одной из трудностей борьбы с киммерийцами было то обстоятельсство, что они воевали «не по правилам». Вместо того, чтобы захватывать земли и селиться на них, киммерийцы совершали неожиданные набеги: «…нашествие киммерийцев, которые ещё до времён Креза дошли до Ионии, не было длительным завоеванием, а скорее простым набегом для захвата добычи», сообщает Геродот. Насколько успешными были действия ассирийцев против них, можно заключить из текста, в котором Ашурбанапал сообщает, что киммерийцы «моих предков не боялись и мои, царя, ноги не обнимали».

Помимо Лидии и Табала, искавших помощи у Ассирии в отражении киммерийцев, вторжениям северных народов подверглись также многие другие царства Малой Азии: Пафлагония, Йония, Эолида, Вифиния.

К этому времени правитель Верхнего Египта Тахарка состарился и в 663 г. сделал своим соправителем Тануатамона. После смерти Тахарки новый правитель Тануатамон имел претензии также и на Нижний Египет. Но в этом же, 663 году, ассирийцы предприняли новый поход в Египет, изгнали Тануатамона из Дельты, а затем преследовали его в Верхний Египет. Фивы были взяты и разрушены войском Ассирии и на этом владычество в Египте эфиопских царей было завершено. С тех пор Эфиопия устремила свои взгляды на юг и таким образом стала удаляться от цивилизации севера. Постепенно Эфиопия превратилась в загадочную и сказочную страну. Так произошла трансформация этого государства, которое в греческой традиции было родиной египетской цивилизации и страной чудес.

Давление киммерийцев на Лидию и Табал тем временем возрастало. Табал ранее находился в числе врагов Ассирии, но теперь, перед лицом общей с Лидией угрозы, Табал в 660 г. признал власть Ассирии в расчёте на её военную помощь. Дело в том, что на дипломаическом языке просьба о помощи трактовалась как признание своего вассалитета. Точнее говоря, так это понимали в Ассирии. Для Ашшурбанапала цари Лидии и Табала теперь становились его подданными. Гиг также сделал свой выбор, решив подчиниться Ассирии.

Получив помощь от Ассирии, царь Лидии Гиг в 660 г. нанёс киммерийцам поражение. При этом два вождя киммерийцев были взяты им в плен и в оковах доставлены в Ассирию. Сам Гиг, победив киммерийцев, соообщает, что они воевали с Псамметихом и дошли до границы с Египтом.

Артамонов пишет о том, что в 50-40-х гг. Ассирия, наконец, пришла на помощь лидийцам, отправив к ним скифов. Царь скифов Мадий разбил киммерийцев, которых тогда возглавляли Лигдамис (Тугдамме) и его сын Сандакшатру. Лигдамис погиб в Киликии, в юго-восточной Малой Азии близ границы с Ассирией. Однако «Тугдамме после этого продолжал угрожать Ассирии, как после него и его сын Сандакшатру. Из опубликованной в 1933 г. Р. Томпсоном ассирийской надписи выяснилось, что Тугдамме не был кем-то разбит, а умер от болезни, подробно описанной в источнике».

Мадий был сыном Партатуа, после смерти отца ставший вождём скифов. В качестве предположения можно указать, что его матерью могла быть дочь Асархаддона.

Мадий также победил треров – фракийское племя, вождём которого был Коб. Вторичное после киммерийцев взятие Сард приписывается именно трерам.

Итак, по Артамонову, киммерийцев, вторгшихся в Лидию и взявших Сарды, разгромили скифы, которых на помощь Гигу прислал Ашшурбанапал. Треры же есть фракийцы, пришедшие в Малую Азию с запада, в то время как киммерийцы вторглись сюда с востока.

Подведём итог.

Наступательная политика Лидии на западе сменялась на противоположную на востоке, откуда продвигались киммерийцы. С большим трудом, при помощи Ассирии, правитель Лидии на этот раз сумел защитить своё царство от вторжения народа гимирри. Но полностью снять угрозу Гиг не смог. Киммерийцы закрепились в Каппадокии и таким образом, угроза с востока отражена не была.

Олег Варягов.

<p><strong><a href=”https://blockads.fivefilters.org”></a></strong> <a href=”https://blockads.fivefilters.org/acceptable.html”></a></p>

Сегодня в СМИ





Свежие комментарии


8a64003d974c4fdd2129cc00f5b712e3?s=35

If you recently got into some unexpected money—say, using an inheritance or because you won the lottery, or even an unexpected investment gain—utilize the sum to pay down your mortgage principal. nextlevelkidmin.com With 4 in 5 mortgages being conventional, OSFI's B-20 trequel is really a massive change.v 6.12.2019 11:33

If you recently got into some unexpected money—say, using an inheritance or because you won the lottery, or even […]