Контекст


Эль Мюрид, 17 июля 2017   –   el-murid.livejournal.com


Кремль не нашел ничего особенного в словах Кадырова о применении ядерного потенциала России и посоветовал “не выдирать из контекста” сказанное Кадыровым.

Ситуация, скажем так, все-таки нестандартная. Пока в новейшей российской истории можно вспомнить несколько случаев, когда официальные лица напоминали о возможном применении ядерного оружия. Скажем, Борис Николаевич, оторвавшись на время от документов, грозил как-то Украине в начале 90 по какому-то пустяковому поводу. Были и более дипломатичные намеки - но все они исходили с самого высочайшего верха. Губернаторы пока еще не касались этой темы. Да, конечно, бывало, что на центральных каналах ведущие допускали себе возможность грозить супостату ядерным испепелением, но что с них взять - работа такая, пургу нести.

Учитывая, что ко всему прочему Кадыров - единственный российский губернатор, который практически официально имеет национальные вооруженные силы (что он тоже не забыл сказать в том же самом интервью американскому СМИ), совет не принимать близко к сердцу его угрозы выглядит не очень убедительным.

Вопросы здесь не к чеченскому руководителю - в конце концов, он действует в рамках, которые созданы несколько уникальным положением Чечни среди всех остальных российских регионов. Итог двух войн в Чечне весьма неочевиден и во многом похож на завуалированное признание независимости, хотя и с соблюдением некоторых условностей. Раз так - то и позволено руководству Чечни гораздо больше, чем всем остальным. Это, понятно, ненормально, но электорат, как обычно, утешают сакраментальным “лишь бы не было войны”. Под этой вывеской выплачивается дань, закрываются глаза на особый правовой режим, явочным порядком введенный на территории республики, руководству Чечни позволено вести практически самостоятельную внешнюю политику. Но это, повторюсь - не вопросы к Чечне, а вопросы, которые нужно задавать федеральному руководству, создавшему такие весьма необычные рамки существования формально российскому региону в обмен на его лояльность.

Так что контекст, к которому апеллирует Песков, здесь довольно необычный.  И слова Кадырова, прямо перехватывающего тему, позволенную лишь самым высшим руководителям страны, выглядят новым рубежом, который берет Чечня в вопросе своего еще большего суверенитета. Отказ Кремля дезавуировать угрозы Кадырова говорит о том, что Кремль либо окончательно теряет возможность контроля над специфическим регионом, а потому делает вид, что все в порядке, либо вынужден давать чеченскому руководству еще больше прав и полномочий в обмен на гарантии еще большей лояльности в других вопросах. Скажем, не за горами время, когда придется разгонять, а если потребуется, и расстреливать вышедших на голодные бунты людей. Росгвардия может и не справиться - она вообще-то не совсем для этого. На уголовников из путинских потешных “эскадронов смерти” надежды мало: эта публика может облить зеленкой или избить пару-тройку безоружных, но в случае серьезных проблем, естественно, немедленно испарится. Нужны более верные и готовые на все. А где их взять?

В этом смысле чеченские вооруженные силы, лишенные любых моральных ограничений к остальным народам России, вполне могут послужить дополнением к имеющимся инструментам контроля над народом. Пока их обкатывают в Сирии, где они выполняют примерно ту же самую работу, к которой их могут привлечь и в России - военно-полицейские операции по “умиротворению” взбунтовавшихся территорий. Путин ведь сказал, что у нас в Сирии учения - ну так вот они и учатся. Все честно и открыто. Всё на виду.

Поэтому Кадыров и демонстрирует свою полную независимость в суждениях и показывает свое особое положение в общей российской иерархии. Кремлю остается лишь делать вид, что ничего особенного не происхдит. А что еще остается? Ну не правду же говорить, право слово.

Сегодня в СМИ

Главный редактор

Группа




Свежие комментарии