Как Америка обрушила цены на нефть


Олег Матвейчев, 24 авг. 2015   –   matveychev-oleg.livejournal.com


Почему «черное золото» больше никогда не будет стоить дорого, и что делать России

Автор статьи:

Валерий Рукобратский

Наш родной российский кризис очень легко описать цифрами. С лета прошлого года нефть грохнулась в цене в два раза - на столько же подешевел и рубль.

Инфляция подскочила в те же два раза. Да и рост экономики по итогам прошлого года оказался в два раза ниже, чем планировали в правительстве. А началось все, напомню, с нефти. Наша зависимость от нее, проклятой, хорошо всем известна. А вот причины резкого падения цен ясны не до конца.

Одни кивают в сторону Саудовской Аравии - главной нефтедобывающей страны мира. Мол, играют против цен, чтобы разорить своего главного конкурента на сырьевом рынке - молодой американский сланцевый бизнес. Другие, наоборот, считают, что это США устроили ценовую заваруху с помощью тех же сланцевых компаний - ради передела сырьевого рынка в свою пользу. А заодно и российскую экономику, попавшую под санкции, можно жестко потроллить.

Но во всех сценариях главный участник нефтяного противостояния - сланцевый бизнес. А ведь еще несколько лет назад в России считали, что это всего лишь мыльный пузырь. Что же это за пузырь такой, который никак не лопнет и не дает спокойно жить нефтяным державам? За ответами на эти вопросы корреспондент «КП» отправился в Техас - на родину американской сланцевой революции.

ОГОНЬ ОЧИЩЕНИЯ

- Я молюсь за Россию и вашего президента! - Со мной разговаривал совсем уже немолодой, но очень живенький мужчина. У Боба Зейгера когда-то была небольшая нефтяная компания, но в 90-е годы он отошел от дел. Теперь у Боба два любимых занятия - рассказывать редким туристам об истории нефтяного бума в Техасе, а по вечерам молиться в местной баптистской общине о судьбах далеких стран.

А мне нравится, что ваш президент - он за нормальные семейные ценности выступает, против всего этого мракобесного по части сексуальных отношений

- Не переживайте вы так! - успокаивал меня бывший нефтяник. - Бывало время, когда баррель нефти падал в цене до 50 центов - и ничего! Нефтяники пережили это. Примите все происходящее с Россией за огонь очищения. Это как в Библии сказано. Понимаете, о чем я? - переспрашивал меня Боб, я кивал в ответ, а вслух удивлялся:

- Боб, вы вот за Россию, но почему? Америка нас санкциями обкладывает…

- А мне нравится, что ваш президент - он за нормальные семейные ценности выступает, против всего этого мракобесного по части сексуальных отношений, - отвечал Боб, подняв вверх палец, словно проповедник. - Вы - Россия - за сохранение традиций. А мы тут в глубинке - большие традиционалисты!

Это объясняло многое, кроме одного - как такие незамысловатые традиционалисты из глубинки сумели в считанные годы совершить технологический прорыв. США из страны, которая для своих нужд закупала нефть за границей, превратились в государство, способное поставлять на мировой рынок собственное сырье.

МИЛЛИОН БАРРЕЛЕЙ США

- В 2008 году Америка добывала 5 млн. баррелей нефти в день, - говорит Патрик Яновски, вице-президент аналитической компании Greater Houston Partnership. - Сейчас - 9,2 млн. в день (для сравнения: Россия добывает 9,6 млн. - Авт.). Рост у Америки - в 4,2 млн. баррелей. И это все за счет сланцевой нефти.

Известный хьюстонский эксперт встречается со мной в своем кабинете, который расположен в самом центре нефтяной столицы США. Из окон офиса компании видны небесно-зеркальные небоскребы-близнецы. Они - нефтяные символы Хьюстона и слепят меня отражением яркого, но еще по-зимнему холодного техасского солнца. В этих высотках штаб-квартира «Шеврона». Чуть дальше - небоскреб корпорации «Эксон Мобил». Эти гиганты мирового нефтяного рынка родились здесь, в Техасе, добывая нефть старым проверенным способом. Но сейчас крупные компании инвестируют в нетрадиционный способ добычи сырья - сланцевый бизнес.

ЧТО ЭТО ТАКОЕ?

Сланцевая нефть - ну кто еще год назад из нормальных людей знал, что это значит? Собственно, и сейчас мало кто понимает, но словосочетание слышали все. В некотором роде оно даже стало популярным. Как и вопрос «а что там с нефтью?» (такой же дурацкий, как и «а какая погода?»). Он подразумевает, что рыночные отношения - словно природная стихия, а потому мы смиренны и бессильны. А это не совсем так. Отличный пример этому - та самая сланцевая нефть. В чем же фишка и отличие от традиционной добычи сырья?

Разрабатывать месторождение в заливе на средней глубине стоит $150 млн. А бурить на суше простую вертикальную скважину в те времена стоило миллион, ну от силы пять миллионов долларов.

Об этом мне рассказал - вы не поверите - потомок князей Голицыных Петр Дмитриевич. Наш человек в нефтяном Техасе, удачливый бизнесмен (тьфу-тьфу-тьфу), патриот России. Петр Голицын долго жил за границей, но в начале 90-х годов вернулся на Родину, где начал работать в высокотехнологичном бизнесе. Благодаря уникальным разработкам (в том числе и российским!) почти 40 процентов рынка труб и специальных соединений для них, которые используют в сланцевом бурении в США, принадлежат компании, в которой один из топ-менеджеров - потомок великого российского княжеского рода.

- Шестьдесят пять лет назад нефтяники Техаса и Оклахомы уже встречались с этими сланцами, - говорит Петр Голицын, председатель совета директоров компании TMK IPSCO, североамериканского дивизиона ТМК. - Когда бурили вертикально, чтобы дойти до стандартных месторождений, они проходили через маленькие залежи сырья. Но останавливать трубу, чтобы добыть эти небольшие залежи, было нерентабельно.

- А теперь вдруг стало рентабельно? - удивляюсь я.

- К этому был долгий путь, - отвечает Петр Дмитриевич. - В конце 70-х - начале 80-х годов главные нефтяные компании США считали, что большие месторождения найдены. И чтобы нарастить добычу сырья, им нужно выходить в Мексиканский залив. Но это дорого! Разрабатывать месторождение в заливе на средней глубине стоит $150 млн. А бурить на суше простую вертикальную скважину в те времена стоило миллион, ну от силы пять миллионов долларов.

Видимо, именно в этот момент инициатива альтернативной добычи нефти перешла к второстепенным компаниям. Это и стало началом зарождения великой сланцевой революции.

- Средние и маленькие бизнесы не могли пойти за большими в Мексиканский залив. И начали эти компании между собой думать: а что же нам делать? Туда - в залив - денег не хватит, а в земле как будто больше нефти нет. И тогда начали разные компании экспериментировать. - Петр Дмитриевич словно былину древнерусскую на американский лад рассказывает. - И многие уже делали гидроразрыв в вертикальных скважинах (это когда водный раствор под давлением ломает породу, чтобы нефть или газ, которые в ней есть, можно было освободить и выкачать наружу. - Авт.). Но одна компания - «Митчел Энерджи» - начала экспериментировать: уходить под землю под уклоном и там взрывать породу. И когда все эти предприятия взяли разные технологии и скомбинировали в одно, то получилось, что можно спуститься вертикально на полторы - три тысячи метров, задать поворот в пятьсот метров радиусом и выйти в сланец, богатый сырьем. А потом можно по нему лететь, добывая нефть или газ.

На этом былинная история закончилась и началась чистая прагматика по-американски. Когда нефть торговалась в районе 100 долларов за баррель, добывать ее таким замысловатым способом оказалось жутко выгодно. Появились сотни небольших компаний, которые собирались бурить более тысячи скважин в месяц. Отчаянные! Именно здесь и потребовались технологии и продукция компании, где работает Голицын.

ЧТО ЕЖИКУ ЯСНО, ТО АМЕРИКАНЦУ СМЕРТЬ

- Шесть лет назад я приехал в Техас, - продолжает Петр Дмитриевич. - Это был последний день августа, и в первый день сентября я позвонил в Москву и сказал: мы попали в революцию! Потому что когда я услышал, что компании спускаются на полторы тысячи метров под землю, а потом поворачивают трубу на 90 градусов, то даже ежику ясно, что это революция!

Но то, что было бы ясно ежику, вызвало жесткое сопротивление среди простых американцев, которых угораздило жить там, где находятся залежи сланцевой нефти.

…Небольшой техасский городок Дентон - по сути, пригород Далласа. Редкие машины, нечастые прохожие. Именно отсюда началось большое техасское движение против сланцевой революции. Просто в один из солнечных дней горожане обнаружили, что нефть у них добывают прямо в центре города. Кому это понравится?

- Сейчас это лишь вопрос технологии, - убежден Петр Голицын. - Поначалу, когда начали бурить сланцы на северо-востоке США, там было очень много технологических ошибок. Потому что в бизнесе появилось много новых нефтяных компаний без опыта ведения подобных работ. У кого-то после гидроразрыва разлилась вода и затопило все вокруг. Кто-то высосал всю местную речку. Но новые технологии позволяют избегать подобных ситуаций в дальнейшем.

Землетрясения бывали там, где вода для гидроразрыва опять закачивалась в старую скважину. Из-за этого глина под землей становилась скользкой и слои породы начинали двигаться. Сейчас так никто не делает.

- И все же в Дентоне люди остановили сланцевое бурение, - парирую я.

- Сейчас можно нефтяную вышку поставить за городом, а скважину пустить прямо под город, горизонтально, - говорит бизнесмен.

- И никто ничего не заметит, - продолжаю я мысль Петра Дмитриевича и снова атакую его: - А вот все видели по ТВ, как вода из-под крана горит в тех местах, где сланец разрабатывают.

- У нашей компании есть партнер в Монтане и Вайоминге, - отвечает Голицын. - Он говорит, что у них еще 95 лет назад горела вода, которая течет из-под крана. Просто водозабор оказался в том месте, где метан скопился, где много букашек умерло или травы испортилось. Во всем есть доля преувеличения.

- А как же землетрясения из-за сланцевой добычи? Тоже преувеличение? - не унимаюсь я. И ведь это правда - в Северном Техасе экологи целую карту этих мелких катаклизмов составили. И все ЧП - рядом со сланцевыми разработками.

- Это правда, были маленькие землетрясения, - объясняет Петр Дмитриевич. - Там, где вода для гидроразрыва опять закачивалась в старую скважину. Из-за этого глина под землей становилась скользкой и слои породы начинали двигаться. Но сейчас никто этого не делает.

Объяснения вполне логичные. И все же именно экология стала главной причиной того, что американскую сланцевую революцию до сих пор не удалось экспортировать (перенести в другие страны). Я видел техасские нефтяные поля - это в основном бесконечные безжизненные и мрачные прерии. Кому там какое дело до экологии? Даже местные полосатые скунсы и броненосцы вполне себе довольные снуют на фоне леса нефтяных качалок. А теперь попробуй под Берлином сланцевую скважину пробури!

Сверлим землю вниз и вбок

Сланцевая нефть - это сырье, которое раньше считалось трудноизвлекаемым, потому что находится в виде маленьких «озер» в особой породе - сланце. И в этом главное отличие от обычных, традиционных месторождений, когда на поверхность выкачивается гигантское подземное «озеро» нефти или газа. Для чего достаточно пробурить вертикальную скважину. А для сланцевого месторождения нужна более сложная технология.

Чтобы добыть нефть из сланцевой породы, нужно пробурить в ней горизонтальную скважину и закачать туда под давлением специальный водный раствор. Он разорвет породу и освободит сырье, которое самостоятельно попадет в скважину. Из нее нефть выкачают на поверхность.

НИЧЕГО НЕ ВЫШЛО

НИ НА УКРАИНЕ, НИ В ПОЛЬШЕ

На днях британско-нидерландская компания Royal Dutch Shell прекратила свой проект по разработке сланцевых месторождений в Харьковской области Украины. За месяц до этого корпорация «Шеврон» из Техаса прекратила разведку сланцевого газа в Польше. То же самое сделали американская «Эксон Мобил» и французская «Тоталь». Ранее сланцевые проекты были закрыты в Румынии и Литве. Любопытно, что разработку прекращали не только из-за экологической безопасности, но и из-за экономической целесообразности. Во многих случаях сланцевого сырья оказалось так мало, что добывать его - лишь плодить убытки бизнеса.

ВСЕ ПОШЛО ВРАЗНОС

Итак, идея устроить сланцевую революцию в Европе пока что провалилась. Зато у сырьевых компаний появилась реальная нефть, которую можно было легко пристроить на растущем рынке. И это все сломало.

- Потому что все ожидали, что американские нефтяники за счет сланцевых месторождений смогут добывать 750 тысяч баррелей в день в течение всего минувшего года, - объясняет причины падения цен на сырье Петр Голицын. - А они добыли, по одним оценкам, 1,1 миллиона баррелей, по другим - 1,5 миллиона. И этот излишек испортил равновесие между предложением и спросом на нефть по всему миру.

Хьюстонский аналитик Патрик Яновски уточняет:

- Я разложу в процентах, почему цены упали. 70 - 75% - это из-за перепроизводства сырья. 25 - 30% - из-за глобального замедления экономики. 5 - 10% - это влияние биржевых игроков, которые покупают или продают фьючерсы на нефть (это что-то вроде спора между игроками на фондовом рынке о том, что сырье в будущем будет стоить определенную сумму. Побеждает тот, кто оказался ближе к реальности. Но вот парадокс - сам их спор никакого отношения к реальности не имеет и в то же время влияет на нее. - Авт.). И, конечно, на перепроизводство оказала влияние сланцевая революция.

ПЕРЕЖИВЕТ НЕ КАЖДЫЙ

И как водится, у каждой революции есть не только герои, но и жертвы. В январе две сланцевые компании объявили о проблемах с обслуживанием своих долгов, а третья - WBH Energy Partners - начала процесс банкротства. Штаб-квартира этой фирмы находится в Остине - административной столице штата Техас. Сам офис компании-банкрота располагается в очень фешенебельном районе на окраине города. Это что-то вроде бизнес-инкубатора. Несколько десятков красивых трехэтажных домов, напичканных офисами разных компаний. Но WBH словно в осаде - двери закрыты, а на телефонные звонки отвечает их юрист.

Они действительно борются сейчас за свое выживание.

И в ближайшие полгода мы узнаем о новых банкротствах.

- Крупный бизнес спокойно переживет период низких цен на сырье, в отличие от небольших компаний, которые сильно закредитованы, - уточняет наш эксперт Патрик Яновски. - Эти фирмы брали деньги в банках и у частных инвесторов, чтобы добывать нефть. И занимали тогда, когда баррель стоил 90 - 100 долларов. А когда цена падает до $50 - капитализация компании тоже снижается и нужно срочно возвращать кредиты.

А как вернуть кредит, если вместе со снижением стоимости сырья у фирмы упала и выручка?

- Я общался с теми, кто ведет сланцевый бизнес, - продолжает Яновски. - Они действительно борются сейчас за свое выживание. И в ближайшие полгода мы узнаем о новых банкротствах. А мне подумалось - вслух такое не скажешь - ну бог с ними, пусть банкротятся! Зато уйдет с рынка этот никому не нужный излишек нефти и цены опять восстановятся. И вернется Россия к прежней жизни… Но, как оказалось, это лишь мечты.

ДВЕ ХИТРОСТИ

В сланцевом бизнесе есть одна хитрость, о которой многие не знают. Именно она позволяет менее закредитованным компаниям пережить ценовой шок.

- Я знаю, что можно пробурить скважину, подготовить все для добычи сланцевой нефти, но затем никаких работ не производить, - говорит Патрик Яновски. - А затем действительно можно ждать хоть год, пока баррель нефти не поднимется в цене с $50 до, скажем, $70.

В этом году такое же бурение можно будет сделать за четыре дня. Ускорение чуть ли не в три раза!

К сожалению для многих, кто припеваючи жил за счет нефтегазовых доходов, есть в сланцевом бизнесе и вторая хитрость. Дело в том, что технологии развиваются так стремительно, что себестоимость добычи постоянно снижается.

- У нас есть клиент, который бурил скважину в 1,5 тысячи метров вертикалью, а затем уходил на 3 тысячи метров горизонталью, - говорит русский участник сланцевого бума Петр Голицын. - Так вот, пять лет назад он это делал за 11 дней. Два года назад тот же самый процесс занял 6 дней. В этом году такое же бурение можно будет сделать за четыре дня. Ускорение чуть ли не в три раза!

И тем не менее это же очевидно, что если «черное золото» грохнется до, например, $30 за баррель, то никакие технологии не спасут. Где тот болевой порог, после которого нет жизни в сланцевом бизнесе?

АХ, ОДЕССА, ЖЕМЧУЖИНА У МОРЯ… НЕФТИ

- Большинство наших клиентов говорили еще в прошлом году, что могут бурить при цене $50 - 60 за баррель. Некоторые храбрые утверждали, что выкрутятся и при $40 за баррель, - говорит Петр Голицын.

- Шесть месяцев назад все думали, что 70 долларов - это уровень, который сланцевые компании выдержат без потерь, - добавляет Патрик Яновски. - Но цены снижались, и тогда эксперты стали говорить, что предел - это 60 долларов. В любом случае, я сомневаюсь, что сланцевые компании смогут зарабатывать, если нефть будет стоить ниже 50 долларов за баррель.

Но это все экспертные оценки. А что думают сами нефтяники, разрабатывающие сланец?

Я поехал на самый запад Техаса. Туда, где расположен Пермский нефтегазоносный бассейн - гигантское месторождение сырья. У самого его края стоят два небольших городка - Одесса и Мидленд (кстати, родина Джорджа Буша-старшего). Эти населенные пункты - что-то вроде Нефтеюганска по-американски. В них располагаются офисы нескольких сотен сланцевых компаний.

Я побывал внутри одной из фирм. Ну что сказать - обычный офис, на стенах смешные картинки из жизни нефтяников (да-да, бывают и такие), на ресепшене два секретаря постоянно принимают звонки. Не похожи они на загибающийся от нехватки нефтедолларов бизнес.

Окончание статьи здесь: //www.msk.kp.ru/daily/texas_petroleum/?view=desktop

Сегодня в СМИ

Главный редактор

Группа




Свежие комментарии