Колчак против “Царя и Отечества”


Олег Матвейчев, 19 нояб. 2016   –   matveychev-oleg.livejournal.com


Многие утверждают, что Колчак был монархистом, сражался де «за веру, царя и Отечество». Опустим вопрос про веру. Рассмотрим «за Царя и Отечество».

Дело в том, что Колчак не был монархистом. Более того.

По воспоминаниям генерала Спиридовича, графа Юсупова, известного убийством Григория Распутина и других, Колчак поддерживал заговор против Царя Николая II, обещая лояльность Черноморского Флота в случае переворота.[2]

Бывший военный министр в правительстве Керенского А.И. Верховский , служивший вместе с Колчаком, вспоминал о первых днях Февральской революции и о Колчаке:

«…Мы проведем завтра парад с молебствием, — говорил он, — на которое выведем все части флота и гарнизона… Мы торжественно провозгласим многие лета Временному правительству, и я скажу о том же несколько слов. Вечером же мы соберем офицеров и поговорим с ними.

Колчак говорил спокойно и уверенно. Это был маленького роста, слабого сложения человек, державшийся прямо и прямо смотревший в глаза собеседнику. Его высокий лоб, глубоко запавшие черные глаза и торчащие скулы невольно заставляли вспоминать его предков — воинов Батыя, хищников степных просторов Азии». [1]

Первый визит по прибытии в Петроград сразу после Февральской революции будущий Верховный правитель нанёс первому из российских марксистов Плеханову, оставив о себе впечатление, подтверждающее его антимонархическое реноме:

«Сегодня… был у меня Колчак. Он мне очень понравился. Видно, что в своей области молодец. Храбр, энергичен, не глуп. В первые же дни революции стал на ее сторону и сумел сохранить порядок в Черноморском флоте и поладить с матросами. Но в политике он, видимо, совсем неповинен. Прямо в смущение привел меня своей развязной беззаботностью. Вошел бодро, по-военному, и вдруг говорит: – Счел долгом представиться Вам, как старейшему представителю партии социалистов-революционеров.»[2]

Да, Колчак ошибся: Плеханов был социал-демократ, но и эсеры не были монархистами.

Чуть позже Колчак так говорил о своих обязательствах перед Царём и монархией, не оставляя шансов сторонникам версии его преданности Царю:

«…Я об этом получил сообщение в Черном море, принял присягу вступившему тогда первому нашему Временному Правительству. Присягу я принял по совести, считая это Правительство как единственное Правительство, которое необходимо было при тех обстоятельствах признать, и первый эту присягу принял. Я считал себя совершенно свободным от всяких обязательств по отношению к монархии, и после совершившегося переворота стал на точку зрения, на которой я стоял всегда, — что я, в конце концов, служил не той или иной форме правительства, а служу родине своей, которую ставлю выше всего, и считаю необходимым признать то Правительство, которое объявило себя тогда во главе российской власти.

Когда совершился переворот, я считал себя свободным от обязательств по отношению к прежней власти.» [3]

Наконец.

Имеется предписание Колчака о содействии следствию Н. А. Соколова по расследованию убийства Царской Семьи. На полях этого документа стоит следующая резолюция генерала Дитерихса, видимо сделанная им позднее:

«Верховный Правитель очень не хотел мне давать это предписание, так как он находится под сильным влиянием немецко-еврейской партии и всякое установление истины по этому делу ему крайне нежелательно»” [2]

Нежелательно содействовать расследованию смерти Царя, понимаете?

Об Отечестве.

Выдающийся офицер* покинул Отечество в июле 1917-го, в разгар 1-й Мировой войны. Почти на год «пропустил» Октябрьскую революцию и вернулся на Родину только в конце сентября 1918-го. (Отметим, что вернулся не сам, а по заданию британского правительства, о чём сам свидетельствовал неоднократно).

Покинул Отечество, бросив Черноморский флот со словами «считаю себя настолько сильно оскорбленным, что командовать там считаю ниже своего достоинства и поэтому к командованию Черноморским Флотом ни при каких обстоятельствах не вернусь.» [3]

Бросив Флот, уехал в столицу и буквально сделал себе командировку в США:

«…Как раз в это время Керенский уехал, и потому окончательного согласия со стороны правительства на американскую командировку нельзя было получить. Наконец, ответ получился в положительном смысле, вскоре после приезда Керенского с юго-западного фронта, после наступления 18-го июня. Насколько я знаю, этот вопрос обсуждался тогда в совете министров, и совет министров без всяких возражений согласился на командирование меня в Америку.» [там же]

При этом согласился бесповоротно порвать с Родиной, о чём сообщил Тимиревой:

«… в июле 1917 года в письме своей любовнице А. В. Тимеревой, Колчак пишет следующее: «Теперь я могу говорить более или менее определенно о своем дальнейшем будущем. По прибытии в Петроград я получил приглашение от посла США Рута и от морской миссии адмирала Гленнона на службу в американский флот. При всей тяжести своего положения я все-таки не решился сразу бесповоротно порвать с Родиной, и тогда Рут с Гленноном довольно ультимативно предложили Временному правительству послать меня в качестве начальника военной миссии в Америку для службы во время войны в U. S. Navy [ВМФ США]. Теперь этот вопрос решен и правительством в положительном смысле, и я жду окончательного сформирования миссии».» [2]

Затем А.В. Колчак перешёл на службу британской короне:

«…Недели через две пришел ответ от военного министерства Англии. Мне сначала сообщили, что английское правительство охотно принимает мое предложение относительно поступления на службу в армию и спрашивает меня, где я желал бы предпочтительнее служить. Я ответил, что, обращаясь к ним с просьбой принять меня на службу в английскую армию, не ставлю никаких условий и предлагаю использовать меня так, как оно найдет это возможным.»[3]

А.В. Колчак - А. Тимиревой:

«30 декабря 1917 г. Я принят на службу Его Величества Короля Англии».

Его Величество направило его сначала на Месопотамский фронт, а потом, в силу изменившейся обстановки на месопотамском фронте, в Россию:

«Из Шанхая я уехал на пароходе в Сингапур. В Сингапуре ко мне прибыл командующий войсками генерал Ридаут приветствовать меня, передал мне срочно посланную на Сингапур телеграмму от директора Intelligence Departament осведомительного отдела военного генерального штаба в Англии. Телеграмма эта гласила так: английское правительство приняло мое предложение, тем не менее, в силу изменившейся обстановки на месопотамском фронте (потом я узнал, в каком положении дело, но раньше я но мог этого предвидеть), считает в виду просьбы, обращенной к нему со стороны нашего посланника кн. Кудашева, полезным для общего союзнического дела, чтобы я вернулся в Россию, что мне рекомендуется ехать на Дальний Восток начать там свою деятельность, и это с их точки зрения является более выгодным, чем мое пребывание на месопотамском фронте, тем более, что там обстановка совершенно изменилась.» [там же]

В России же Колчак работал в интересах других стран, которые хотели «реконструкции» России: Американский посол Моррис в письме госсекретарю США пишет:

«Колчаковское правительство не может продержаться без открытой поддержки нашего правительства. Благодаря нашей своевременной и активной поддержке Колчак удержится, мы окажемся в преимущественном положении для того, чтобы содействовать и руководить делом реконструкции России».

Об этом поветсвует в своих воспоминаниях и один из деятелей «белого дела», белый министр Юго-Западного, потом Северо-Западного правительств М.С.Маргулиес:

«Колчак республиканец, но поддается легко влияниям. На него сильно влияет Михайлов, — человек сильный, честолюбивый, с определенным планом, ни пред чем не останавливающийся. В Америке, чрез которую проехали высланные Колчаком из Сибири Авксентьев, Зензинов и др., выяснилось, что весь план переворота, поставившего Колчака во главе правительства, был задуман англичанами и разыгран Колчаком, как по нотам.» [4]

«Правительство США передало Колчаку кредиты, предназначавшиеся ранее буржуазному Временному правительству, и предоставило в счёт этих кредитов 600 тыс. винтовок; Великобритания дала 200 тыс. комплектов обмундирования, Франция — 30 самолётов, свыше 200 автомашин. - пишет БСЭ, 1969-1978.

Чем же расплачивался Колчак за щедрую помощь иноземцев в реконструкции России?

- Колчак располагал золотым запасом России, захваченным летом 1918 командованием Чехословацкого корпуса в Казани в сумме 651,5 млн. рублей золотом и 100 млн. кредитными билетами. За поставки вооружения и других материалов в 1919 Великобритании было передано 2883 пуда золота, Японии — 2672, США — 2118, Франции — 1225, а всего — свыше 9200 пудов золота.

По оценке Каппеля, Колчак увёз из Советской России: «Трофеи не поддаются подсчёту, захвачен золотой запас России в 650 миллионов…». [5]

Как пишет В.Шигин в «Загадках золотых конвоев» :

«В архиве Гуверовского института войны, революции и мира (Калифорния, США) находится итоговая опись за 1923 год, составленная В.И. Моравским, который был министром финансов в правительстве Д.А. Хорвата во Владивостоке. Если довериться бывшему министру, то валютные запасы России, оставшиеся в банках Запада и Востока после 1922 года, выглядят так:

Япония - 10 миллионов золотых рублей, 170 тысяч долларов;

США - 424 тысячи золотых франков, 450 тысяч мексиканских долларов;

Гонконг - 44 миллиона золотых рублей;

Нью-Йорк - 27 миллионов 227 тысяч долларов;

Лондон - 1 миллион 100 тысяч фунтов стерлингов;

Париж - 22 миллиона 500 тысяч золотых франков.

Увы, ни одного грамма из вывезенного колчаковским правительством золота так и не вернулось в Россию.»

А вот, например, настоящий представитель элиты служения, военный представитель царского правительства во Франции генерал-майор граф Игнатьев передал в Советскую России из-за границы 225 миллионов золотых франков.

Безусловно, Игнатьев принёс благо России, а Колчак нанёс ей ущерб: он изъял эти средства из России. Вывез их «за рубеж». А как же Отечество?..

Не за Отечество воевал Колчак и его команда.

О том, за что они воевали с красными, хорошо описал в своём дневнике уже упомянутый белый министр Мануил Сергеевич Маргулиес:

«21 ноября 1919 года. Пятница.

Был у меня подполковник X… гвардейский офицер, и рассказывал свои впечатления с фронта. По его словам, высшее офицерство идет на большевиков с целью вернуть усадьбы, квартирное имущество, вешать комиссаров и наказать «сволочь-народ», который сверг царя и поддержал большевиков - о России мало думают; среди офицерства не мало «любители» частной собственности». [6]

За это и доска.

=Arctus Оригинал

***

Примечания.

* «Выдающемуся офицеру, учёному и исследователю» — так написано на памятной доске, установленной Колчаку 12.11.2016 в Санкт-Петербурге.

(О его заслугах как «выдающегося учёного и исследователя» мы рассмотрели в материале

«Антисоветизм - единственная причина установки доски Колчаку. Иных просто нет»)

***

Использованная литература.

[1] А.И.Верховский «На трудном перевале».

[2] П.Мультатули. Александр Колчак: герой или антигерой?

[3] Допрос Колчака. — Ленинград, Государственное издательство, 1925.

[4] М.С.Маргулиес. Год интервенции. Берлин, 1923. Т.2. С.95

[5] Н.Грищенко. 7 фактов из жизни генерала Каппеля. Российская газета. 13.01.2014

[6] В. Горн, М. Маргулиес, Г. Кирдецов, Н. Иванов. Юденич под Петроградом. Из белых мемуаров. Л.: Издательство «Красная газета», 1927 (переиздание — Л.: Советский писатель, 1991, C.202)

Сегодня в СМИ

Главный редактор

Группа




Свежие комментарии


5ebb2185774a6d7b764d45795d2f92b1?s=35

Сергей Удалов 13 нояб. 2017

Это фейк