О хате, оставшейся с краю


Великая Русь, 18 сент. 2015   –   mikle1.livejournal.com


Прочитав комментарии к этой статье у varjag2007 в О ХАТЕ, ОСТАВШЕЙСЯ С КРАЮ хотел бы специально обратить внимание на то, О КОМ пишет беженка из Донецка. О сытых, благополучных, богатых чиновниках, бежавших с Украины еще зимой 2014 года. У них свои квартиры в Москве и свой бизнес, они обеспечили внуков и правнуков, они входи в высокие кабинеты. Это тоже украинские беженцы и их тысячи.  Они создали и/или в многочисленные организации.

Например, меня упрекают в несправедливой критике Комитета спасения Украины, о начале деятельности которого 3 августа заявил бывший премьер Азаров, представивший будущего президента Украины Олейника. Этим людям вполне по силам и средствам организовать реальную помощь украинским беженцам, которые не знают законов России, своих прав и обязанностей, совершают ошибки и постепенно озлобляются, создавая на ровном месте проблемы для себя и окружающих.

<a href=”//img12.nnm.me/1/4/d/c/d/cefb031048f181f0cf3d08f2e15.jpg” target=”blank” title=”Оригинальный размер изображения”>Юлия Шуфрич или Нестор Тимошенко?!

«Они на одной улице купили дома, на Академической. Только у Азарова №9, а у Шуфрича следующий дом, №11. Получается, что соседи — буквально через забор живут», — сообщил журналистам бывший заместитель главы Росприроднадзора и лидер партии «Альянс зеленых — Народная партия» Олег Митволь (имеется в виду экс-депутат ВР Алексей - сын экс-премьера Азарова).

Именно о таких, по моему мнению, и пишет автор. Именно они - “хатаскрайники”, которые могли помочь еще 23 февраля 2014 года, но предпочли другую дорогу. О том, как повлияли на цены элитной недвижимости эмигранты с Украины - здесь. О недвижимости и бизнесе бывших украинских элит более конкретно, с указанием адресов и фотографиями, просто нет смысла писать - у них всего очень много.

О теме украинских беженцев в России. Мои личные выводы, не претендующие на истину в последней инстанции, пишет Ева Меркурьева.

1. Самое главное, чего нет – это взаимовыручки. В Россию уехали и депутаты разных уровней, и общественники, и юристы. Однако, взаимопомощь соотечественникам – слезы.

Возможно, она и существует, но только об этом практически никто не знает.

Поэтому, прежде чем жаловаться на черствых россиян, стоит посмотреть на равнодушных соотечественников. Чья хата так и осталась с краю, неважно, на Украине она была или переехала в Россию. Точнее, в Москву или около.

Вполне можно было за год организовать консультационный центр, который бы помогал людям определиться с выбором статуса и рассказывал, где и как лучше это сделать, информировал бы об изменении законодательства о гражданстве РФ и миграционных законах, реально содействовал бы тем, кто оказался в наиболее отчаянном положении, давал дельные советы. Вплоть до того, что организовывал бы дежурство психологов, докторов, юристов круглосуточное – из числа своих же соотечественников.

Люди, во многом, страдают-то от недостатка информации.

Кто-то не знает простейших вещей – что оформить регистрацию можно на почте. У кого-то простудился ребенок – и нет полиса. Кто-то не в курсе, как и куда бежать от повестки в АТО. Кто-то не знает, что НДФЛ 30 процентов – это не пожизненно. Не говоря уже про РВП, ВНЖ и гражданство РФ.

Зато про эфиры на федеральных каналах уехавшие в люкс-вагонах не забывают. Из недели в неделю светят физиями. Рассказывают, как нужно правильно Родину любить.

2. Можно год сидеть и ждать под Москвой квот на РВП и страдать, а можно переехать в Курск, Тверь или Нижний Новгород, не говоря уже о Приморье или Хабаровске, и связывать свою жизнь с Россией там. За МКАД, как ни странно, тоже есть жизнь.

3. Устроился сам – расскажи о своем опыте, возможно, поможешь соотечественнику.

4. Нужно читать российские законы и регламенты ФМС. “Письма Путину” писать не стоит. Как правило, ФМС действует по регламентам, если же народ начинает добиваться того, что вне рамок регламента, а затем писать письма губернатору, премьер-министру и Путину – это дорога в никуда. Никто не станет менять закон под вашу конкретную ситуацию.

5. Когда по ситуациям набирается статистика, появляются изменения в законы. Вот сейчас ФМС вышла с инициативой изменить закон о гражданстве, он на данном этапе проходит общественную экспертизу, затем уйдет в Государственную Думу. Никаких других путей – в обход всего и вся – в России не существует. Именно из-за отсутствия предварительной экспертизы провалился в Думе законопроект о преференциях украинским носителям русского языка. Разные украинские известные личности и общественные организации “политэмигрантов” могли бы составить себе труд держать руку на пульсе законотворчества и интересоваться работой Совета по правам человека при Президенте РФ, например, который обязательно пропускает через себя миграционные новшества и проекты изменений в закон о гражданстве. Я за год не слышала ни об одной встрече уехавшего в столицу РФ украинского сообщества с СПЧ, не говоря уже о сотрудничестве. Возможно, фрагментарно и виде импульсов оно есть, но об этом никто не знает.

6. Многие до сих пор не могут определиться – оставаться ли в России или возвращаться, потому что там – дом. Это ни плохо, ни хорошо. Это – данность. Война разбила многие семьи, оставив родителей в одном месте, детей – в другом, круг близких родственников – в третьем. Всегда очень трудно начинать жизнь заново, особенно, если тебе давно не 25 и не 35.

Россия предусмотрела этот вариант, разрешив жить по миграционной карте беженцам из Донбасса неограниченное время. Или – получать временное убежище, в дальнейшем открывающее путь другим статусам.

Некоторый опыт историй знакомых и незнакомых мне людей, уехавших их Донбасса и Украины в Россию, позволяет говорить о том, как мало взаимовыручки в кругу своих же соотечественников; как часто агрессивное недовольство практически на пустом месте изменяет отношение к беженцам в целом; о том, что вероятность получить дельный совет в социальных сетях гораздо выше, чем в реальной жизни – от своих же уехавших раньше; о том, что Россия – это не только столицы и околостоличные области…

Прежде чем в чем-то обвинять россиян, стоит взглянуть в украинское зеркало. На еще вчерашних своих. На огромную украинскую диаспору, у которой “хата с краю”.

Вспомните только, сколько людей приняла Россия в экстренном порядке, разместила, накормила, спасла от войны в буквальном смысле. Разве это забыть – бесконечные потоки людей и машин на границе?

Помню, когда мне пришлось вывозить маленькую девочку из Донецка в Орел, к ее бабушке (мама была ранена в результате первых обстрелов центра города), самое первое впечатление вечером – что можно выйти на балкон и не прислушиваться к звукам в небе и на земле. Не думать, куда и для чего летит самолет.

А еще помню, как моя подруга не могла уехать из дома под аэропортом. Говорила – как брошу все, ведь только холодильник тысячу долларов стоит? А потом все вещи потеряли ценность. Совсем. Поэтому многим уехавшим от войны в Россию, совершенно неважно, какой у них холодильник.

По-моему, нельзя забывать, сколько сделала для беженцев Россия. И продолжает делать. А в остальном надо больше помогать своим соотечественникам. Друг другу.

Тогда не на что станет жаловаться.

Сегодня в СМИ

Главный редактор

Группа




Свежие комментарии