Развалинами Рейхстага удовлетворен


Великая Русь, 19 нояб. 2015   –   mikle1.livejournal.com


Вчера вышел номер  «Шарли Эбдо», посвященный пятничным терактам. Одна из авторских колонок — о реакции на теракты в России. Она опубликована в рубрике «Наши друзья из Кремля» под заголовком «Время злобной радости в России». Само собой, цветов у посольства Франции они не видели, информацию взяли в “Эхо Москвы”. Но они правы - жители России не сочувствуют “Я Шарли” - наше сочувствие жертвам террористов, а не политиканам Франции и их швейцарским поганцам (Шарли вообще-то швейцарский листок).

«Глубокое злорадство широкой русской души»

Автор «Шарли Эбдо» Иегор Гран замечает, что официальные соболезнования российского правительства были «деланно-бюрократичными и пресными», но безукоризненными с дипломатической точки зрения.

Обложка сатирической газеты «Шарли Эбдо»: «Да пошли они! У них оружие – у нас шампанское!» DR

Но чтобы понять настроения россиян, «достаточно в течение пяти минут почитать комментарии в интернет-СМИ», — отмечает журналист. Вот где «широкая русская душа, „безгранная и устремленная в бесконечность“, как писал философ Бердяев, может разойтись в своем глубоком злорадстве».

Комментарии в целом из серии «так вам и надо», — пишет Иегор Гран. «Теперь-то французы поймут справедливость нашей (российской) борьбы в Сирии», «Если уж вы (Франция) наплевали на альянс с Россией против ислама, не нужно теперь плакать», — говорится комментариях.

Чувствуется и «настоящий подавленный триумф» после «кощунства» Шарли в их рисунках на тему крушения российского самолета в Египте. «Проклятие, которое „Шарли“ спровоцировали своим кощунством, падает им же на голову!», «Подождем новых уморительных карикатур», — цитирует издание комментарии.

«Для этих россиян Франция — это в первую очередь „Шарли“, газета проецируется на всю страну», — пишет Иегор Гран.

Эти комментарии появились на сайте радиостанции «Эхо Москвы». «Комментарии еще хуже на сайтах провластных СМИ и в блогах, — отмечает журналист. — Русский народ, демонстрирующий свой национализм, мстительность и предубеждения (в этих комментариях — RFI), кажется, ближе к ИГ, чем к Франции».

Ни пяди нашей свободы

Все рисунки «Шарли Эбдо» были посвящены пятничным событиям. На обложке, например, молодой человек пьет шампанское, и оно выливается через отверстия от пуль на его теле. На обложке написано: «У них оружие. Да пошли они! У нас шампанское!»

В своей редакционной колонке Лорен Суриссо (под псевдонимом Рисс) пишет, что парижане в 2015 году словно лондонцы в 1940-м под немецкими обстрелами, не поддаются страху. «Это единственный ответ, который можно дать террористам, чтобы обратить в ничто их попытки посеять ужас».

На другом рисунке изображен рок-концерт на фоне клуба «Батаклан», Эйфелевой башни и плаката группы Eagles of Death Metal. Автор призывает «Не уступать ни одну из наших свобод»: свободу «смеяться, пить, есть, танцевать, петь, улыбаться, слушать музыку, гулять, ругаться, занимать любовью, спорить, учиться, ходить в кино…»

Рисунок «Шарли Эбдо»: «Не уступим ни одну из наших свобод» RFI

На последней полосе отвергнутых обложек Эдит Пиаф вытирает посуду в кафе, а рядом в раковине — кровь. Рисунок называется так же, как и песня Эдит Пиаф Paris sera toujours Paris («Париж всегда останется Парижем»).

Рисунок «Шарли Эбдо» «Париж всегда будет Парижем» RFI

На другом рисунке под названием «Парижские бары под прицелом» — два джихадиста, которые пришли в кафе с автоматами, потому что «они нарисовали пророка кофейной гущей».

Рисунок «Шарли Эбдо» «Парижские бары под прицелом» RFI

И еще — 15-летний подросток, которому настолько надоели  прыщи, что он решил стать камикадзе. По некоторым данным, одному из подорвавших себя террористов было 15–18 лет.

Рисунок «Шарли Эбдо» «15-летний камикадзе» RFI

Еще одно изображение критикует работу журналистов на месте события, которые вплотную подошли к разбитому пулей окну и задают вопросы: «Могли бы вы описать террористов?», «Больно ли, когда через вас проходит пуля?»

Рисунок «Шарли Эбдо» о журналистах на месте трагедии в Париже RFI

Марин Ле Пен и чувство опасности

«ИГ мечтает, чтобы к власти пришел Нацфронт и чтобы французы-мусульмане, которые, чувствуя себя заклейменными, уходили бы в радикализм, а их соотечественники-немусульмане пытались бы их изгнать из страны», — пишет автор «Шарли Эбдо» Жан-Ив Камю.

При этом не исключено, что чувство опасности после терактов позволит Нацфронту набрать больше голосов, чем предполагалось, на региональных выборах в декабре и на президентских в 2017-м.

Марин Ле Пен предлагает вернуть границы, распустить Союз исламских организаций Франции и бороться против радикалов с двумя гражданствами. «Она играет на привычных струнах ненависти к иммиграции, а теперь еще и к беженцам», — пишет Жан-Ив Камю.

Но риторика партии «Республиканцев» не менее радикальна, чем риторика крайне правых. И это может опять же сыграть на руку Ле Пен, потому что Саркози, который к тому же уже был у власти, сегодня словно «машина по созданию полемики». А сейчас Франции нужен лидер черчилльского типа. Нацфронт же на фоне чрезмерной активности «Республиканцев» выглядит более стабильным в жесткости своих позиций.

Но автор отмечает, что сейчас Франсуа Олланд и Манюэль Вальс проявляют твердость и «говорят правильные слова». А то поколение молодых людей, к которому принадлежат жертвы терактов, кстати, вовсе не поддерживают Нацфронт. «Они могут принять, что Франция ужесточит законодательство против радикального исламизма, а также повседневные кордоны и проверку документов, не отдавая при этом рычаги правления правым или Нацфронту».

Скорая помощь: «Ночь в аду»

«Шарли Эбдо» публикует рассказ сотрудника издания Патрика Пеллу, который также работает врачом в скорой помощи. В 9:21 вечера в пятницу ему пришла СМС одного из коллег: «Приезжай, стрельба!» Во дворе больницы, куда «как на автомате, без размышлений» прибыл Патрик Пеллу, было тревожно. Некоторые врачи уже отправились в X или XI округ на место трагедии, другие в тишине готовились принимать раненых «словно армия, которая знает, что битва началась».

Рисунки «Шарли Эбдо». Слева: «Париж – (слишком) цветущий город», справа: «Париж говорит нет терроризму, но говорит да круассанам» RFI

В телефонных звонках в скорую помощь слышны крики и выстрелы. Прибывают первые раненые. «Мы рвемся, словно пытаемся убежать от смерти, в операционную», — рассказывает Патрик Пеллу. «Моему коллеге, кажется, тысяча лет, слезы стали его глазами, его одежда в крови. Он оказывал помощь женщине в кафе на улице Шаронн. В ее кармане он нашел две деформированные пули, которые насквозь прошли через ее тело. Она не выживет».

Патрик Пеллу уверен, что врачи, которые первыми вошли в театр «Батаклан», «больше никогда не будут теми же людьми». Единственное, о чем думали медики — как можно быстрее прибыть на место и спасти как можно больше жизней.

Патрик Пеллу объясняет, что при многих раненых и погибших не было документов, поэтому близкие и друзья так долго продолжали поиск. Но он был свидетелем того, как плача от радости встретились молодой человек и девушка, которые потеряли друг друга в «Батаклане», и как мама нашла своего сына-подростка в скорой помощи.

Сегодня в СМИ

Главный редактор

Группа




Свежие комментарии