Турция является территорией ужаса, а турок - задира и трус


Великая Русь, 25.11.2015 23:01   –   mikle1.livejournal.com


«Я пришел к тому, что Турция является территорией ужаса…»

“…По сути своей турок – это задира и трус; он храбр, аки лев, когда ему благоприятствуют обстоятельства, но раболепен, малодушен и слаб, если ситуация не в его пользу.

Теперь же, когда военные успехи благоприятствовали Турецкой империи, перед моими глазами предстал совершенно новый турок. Вечно сомневающийся и боязливый представитель Оттоманской империи, осторожно прокладывающий путь по лабиринту европейской дипломатии и постоянно ищущий выгоду для себя в разобщении европейских держав, уступил место стремительной, пожалуй, даже лихой фигуре, гордой и самоуверенной, исполненной решимости жить собственной жизнью и ненавидящей своих христианских врагов.

Я стал свидетелем воистину феноменальной трансформации национальной психологии – ее возврату к исходному типу. Косматый, неряшливый турок XX столетия начал стремительно исчезать. На его место пришел турок XIVXV веков, турок, возникший на бескрайних азиатских просторах и победно шедший по Европе, Азии и Африке, покоряя все народы, находившиеся на своем пути, создавший одну из самых обширных империй из известных миру.

Если мы хотим правильно оценить нового Талаата и Энвера и происходящие события, нам придется понять того турка, который при Османе и его преемниках оказывал могущественное, но разрушительное влияние на мир.

Мы должны осознавать, что главным фактом, определяющим менталитет турка, является его презрение ко всем остальным народам.

Гипертрофированная гордость – это элемент, по большей части объясняющий этот странный человеческий тип. Обычный термин, применяемый турком по отношению к христианину, – «собака», причем в его системе ценностей это не просто фигура речи. Он действительно относится к своим европейским соседям как к существам менее достойным внимания, чем его домашние животные.

«Сын мой, – как-то сказал старый турок, – ты видишь стадо свиней? Одни из них белые, другие черные, одни большие, другие маленькие, они отличаются друг от друга в некоторых отношениях, но тем не менее все они свиньи. Так и с христианами. Не обманывайся, сын мой. Христиане могут носить красивые одежды, на их женщин, может быть, приятно смотреть, их кожа бела и нежна, многие из них умны, они строят красивые города и строят то, что кажется могущественными государствами. Но помни, что под ослепляющей великолепием внешней оболочкой все они одинаковы – все они свиньи».

Практически все иностранцы, находясь в присутствии турка, чувствуют это отношение.

Турок может быть изысканно вежлив, но у его собеседника всегда присутствует некое подсознательное ощущение, что мысленно он избегает христианина как чего-то нечистого.

И эта фундаментальная вера веками руководила оттоманской политикой по отношению к зависимым от них народам.

Дикая орда вырвалась с равнин Центральной Азии, вихрем пронеслась по Месопотамии и Малой Азии, подчинив себе жившие там народы, она завоевала Египет, Аравию и почти всю Северную Африку, затем покатилась по Европе, сокрушила Балканские государства, заняла большую часть Венгрии и даже создала форпосты Оттоманской империи на юге России.

Насколько я могу судить, оттоманские турки обладали только одним сильным качеством – военным гением. У них было несколько сильных военных лидеров, с успехом осуществлявших командование, а первые турки-завоеватели были храбрыми, фанатичными и целеустремленными солдатами, так же как и их сегодняшние потомки.

Полагаю, действия этих старых турок являют собой наиболее блестящие образцы в истории политики военного грабежа. У них отсутствовало то, что можно назвать основами цивилизованного сообщества. Они не имели алфавита и письменности, книг, поэтов, искусства и архитектуры, они не строили городов и не создавали прочных государств. Они не знали других законов, кроме права силы, и практически не имели сельского хозяйства и промышленности. Они были просто дикими всадниками-мародерами, чьей единственной концепцией племенного успеха было успешное нападение на более цивилизованные народы и грабеж.

В XIV и XV веках такие племена захватили колыбель современной цивилизации, давшую Европе ее религию и в значительной степени культуру. В те давние времена эти территории были заселены мирными и процветающими народами. В долине Месопотамии жило многочисленное население, умело и успешно занимавшееся сельским хозяйством, Багдад был одним из крупнейших и самых процветающих из существующих городов, Константинополь имел большее население, чем Рим, а на Балканах и в Малой Азии существовало несколько сильных государств. По этой части мира прокатилась турецкая орда, неся гибель и разрушения. За несколько лет Месопотамия стала пустыней, цветущие города Ближнего Востока находились на грани нищеты, а жители захваченных турками территорий стали рабами.

Все блага цивилизации, которые турки узнали за пять столетий, были взяты у покоренных ими народов, презираемых своими хозяевами. Религию турки переняли у арабов, язык стал благозвучным, впитав арабские и персидские элементы, появлением письменности турки тоже обязаны арабам.

Прекраснейший архитектурный памятник Константинополя – мечеть Святой Софии – первоначально был христианской церковью, и вся так называемая турецкая архитектура является, по существу, византийской.

Аппарат управления бизнесом и промышленностью всегда находился в руках зависимых народов – греков, евреев, армян, арабов. Турки совершенно не интересовались европейской наукой и искусством, создали очень мало собственных учебных заведений, и неграмотность у них была обычным явлением…

Со временем турки, конечно, кое-чему научились у своих европейских и арабских соседей, но было кое-что, так никогда и не постигнутое ими. Они не смогли понять, что покоренные народы могут быть кем-то, кроме рабов.

Когда они захватывали землю, оказывалось, что на ней живет некоторое количество верблюдов, буйволов, лошадей, собак, свиней и человеческих существ. Из всех перечисленных турки считали наименее важными существа, внешне больше всего напоминавшие их самих. Они часто повторяли, что лошадь или верблюд обладают большей ценностью, чем человек: животные все же стоят денег.

Зато «неверных христиан» можно силой заставить работать.

Это правда, что первые султаны давали подчиненным народам и европейцам в империи определенные права, но даже эти права отражали глубокую неприязнь, с которой турки относились ко всем немусульманам.

Я уже упоминал о порядке, при котором у иностранцев в Турции были собственные суды, тюрьмы, почты и т. д.

Однако первые султаны давали определенные привилегии вовсе не потому, что были более терпимыми, а по той причине, что они смотрели на христианские нации как на нечистые и потому не желали их контакта с оттоманской административной и правовой системой.

Султаны давали особые права некоторым народам, например грекам и армянам, не потому, что хотели обеспечить их независимость и благосостояние, а потому, что считали их сбродом, недостойным Оттоманской империи.

Отношение правительства к своим подданным-христианам иллюстрируется некоторыми правилами, ограничивающими свободу их действий. Здания, в которых жили христиане, не должны бросаться в глаза, а церкви – иметь колокольни. Христианин не имел права проехать на лошади по городу – это право было исключительной прерогативой благородного мусульманина.

Турок имел право проверить остроту своего меча на шее любого встречного христианина.

Представьте себе правительство, которое год за годом сохраняет такое отношение к миллионам своих подданных. А ведь на протяжении веков турки попросту паразитировали на этих трудолюбивых людях. Они облагали их непомерными налогами, крали красивых девушек и помещали их в свои гаремы, отбирали сотни тысяч христианских мальчиков и воспитывали их настоящими мусульманскими солдатами.

Я не имею намерения описывать тяжелейшие условия рабства и гнет, не прекращавшиеся на протяжении пяти веков.

Моя цель лишь подчеркнуть прирожденное отношение турок к людям другой расы и религии: они не человеческие существа, имеющие права, а всего лишь движимое имущество, которому позволительно жить, пока оно обеспечивает интересы хозяина, но которое следует безжалостно уничтожать, если оно утрачивает свою полезность. Это отношение еще больше усилено тотальным пренебрежением к человеческой жизни, а также удовольствием, получаемым от причинения физических страданий другим, – эта черта нередко свойственна примитивным народам.

Когда турецкое правительство отменило режим капитуляции, освободив себя от доминирования иностранных держав, оно сделало только один шаг к осознанию пантюркистского идеала.

Я уже ссылался на трудности, с которыми сталкивался в вопросе о христианских школах. Его намерение искоренить последние или, по крайней мере, преобразовать их в турецкие учебные заведения было просто еще одним моментом той же националистической направленности. Точно так же оно оказывало давление на руководство иностранных торгово-промышленных домов, принуждая использовать труд турок в ущерб служащим греческой, армянской и еврейской национальности. Все подобные учреждения они принуждали вести свою документацию только на турецком языке, тем самым обеспечивая большую занятость для турок и помогая им овладевать современными деловыми навыками.

Оттоманское правительство даже отказалось иметь дело с представителем крупнейшего австрийского производителя военного снаряжения, если ими не будет взят турецкий партнер.

У этих людей развилась настоящая мания в стремлении подавить все языки, кроме турецкого. В течение многих десятилетий французский язык был официальным языком для всех иностранцев в Константинополе, большинство же уличных указателей были двуязычными – на турецком и французском языках. Однажды утром удивленные иностранные граждане обнаружили, что названия улиц и дорожные указатели на французском языке исчезли, остались только выполненные странными турецкими символами, мало кому понятные.

Это привело к хаосу, но власти отказались восстановить дорожные указатели на ненавистном им иностранном языке. Новые лидеры не только вернулись к варварским идеям своих далеких предков, но и дошли до крайностей, которые не приходили в голову первым султанам.

Властители XV и XVI веков относились к своим иностранным подданным как к грязи под ногами, но все же верили в их полезность и не считали ниже своего достоинства превращать их в рабов. Возглавляемый Талаатом и Энвером комитет «Единение и прогресс» решил отделаться от них вообще.

Прежние турки-завоеватели превращали христиан в своих рабов, их выскочки-потомки усовершенствовали это правило, вознамерившись уничтожить христиан вообще и «тюркизировать» империю, полностью ликвидировав христианские элементы.

Вообще-то такая концепция не была изобретением Талаата или Энвера, придумавший ее человек был одной из самых чудовищных фигур в истории – «Красным султаном» Абдул– Хамидом.

Он взошел на трон в 1876 году, в критический период турецкой истории.

В первые два года своего правления он лишился Болгарии и важных провинций на Кавказе, последних оставшихся крупиц суверенитета в Монтенегро, Сербии и Румынии, реальной власти в Боснии и Герцеговине. Греция еще раньше стала независимой, да и процессы, итогом которых должно было стать избавление Египта от Оттоманской империи, уже начались.

Ознакомившись с состоянием дел, султан не мог не признать, что день, когда все остальные его владения окажутся в руках неверных, уже недалек. Что вызвало распад обширной Турецкой империи? Действительная причина глубоко кроется в характере турка, но Абдул-Хамид видел лишь более очевидный факт: освобождение порабощенным народам принесло вмешательство великих европейских держав. Из всех государств, образовавшихся из бывших султанских владений, только Сербия – честь ей за это и хвала – сама завоевала независимость. Всех остальных освободили Россия, Франция и Великобритания…”

Генри Моргенто (Моргентау) (Hans Henry Morgenthau), посол США в Турции в 1913-1916 г.г., книга “The Ambassador Morgenthau’s Story” (1918)  В русском переводе - «Трагедия армянского народа. История посла Моргенто»  (Текст взят у e_vajs   Посол США в Турции об истинной сущности турок…).

Вообще, автор был неординарной личностью. Когда османские власти начали истребление армян в 1914—1915 гг., письменный стол посла Моргенто был завален отчетами почти всех американских консулов, проживавших в различных частях Османской империи, документальными подтверждениями массовых убийств и депортации.

Накопив достаточно доказательств массового истребления армян, он официально проинформировал правительство США о деятельности Османского правительства и попросил его вмешаться. Однако, американское правительство, не желая вмешиваться, оставалось нейтральным, никак не комментируя зверства турецких властей на официальном уровне. Моргенто провел встречи с руководителями Османской империи, чтобы обсудить форматы облегчения положения армян, но со стороны официальных властей его протесты были проигнорированы.

Тем не менее, он предупредил министра внутренних дел страны Талаата, заявив, что «Наш народ никогда не забудет эти массовые убийства». Но так, как массовые убийства продолжались, Моргенто и несколько других американцев решили создать общественный Фонд, который помогал бы армянам Османской империи, а также «Комитет по злодеяниям против армян» (позднее переименованный в Комитет помощи Ближнему Востоку), собрав более 100 миллионов долларов в качестве помощи (эквивалент $ 1 млрд долларов сегодня).

Благодаря своей дружбе с Адольфом Оксом, издателем «New York Times», он увеличил объем информационного освещения массовых убийств армян с 1 статьи в 1915 году до 145 статей. Такие действия Моргенто раздражали турецкие власти, что привело к его уходу с поста посла США в Турции в 1916 году. Оглядываясь на это решение в своей книге «Убийство нации», он писал, что он «пришел к тому, что Турция является территорией ужаса…», «Я исчерпал свои ресурсы. Я обнаружил, что невыносимо мое дальнейшее ежедневное общение с людьми добрыми и любезными… , от которых все еще разило кровью почти миллиона людей…».

Сегодня в СМИ




Свежие комментарии