Там для меня горит очаг!


Русская планета, 23 нояб. 2016   –   rusplt.ru


Шло время! Казачество, которое привыкло в ушедшие века к вольной кочевой жизни, «оседало», обустраивалось, обзаводилось добротными домами. Такова жизнь! Внутри сословия возникало разделение на бедных и богатых — тех, кто мог гордиться хорошим хозяйством и добротным домом.

Появлялись предметы роскоши! На подворьях многих казаков отныне можно было увидеть не только лихих скакунов, но и роскошные кареты. У вчерашних «кочевников» в банках «завелись» счета. Менее успешные казаки нанимались на работу к тем, чья судьба складывалась более удачно. Такая занятость в роли прислуги могла быть сезонной, но, порой, становилась постоянной…

Жизнь вокруг стремительно менялась! И менялись предлагаемые обстоятельства, в которых существовали казаки. Оставалось ли что-то неизменным? Да! Это были формировавшиеся веками казачьи устои, традиции, бережно передававшиеся от отца к сыну, из поколения в поколение.

По-прежнему невозможно было себе представить одного из сыновей степи без серьги в ухе. Казак, который носил серьгу в правом ухе, был последним мужчиной в роду. В левом это украшение встречалось у по-настоящему отчаянных бойцов, которые в бою были готовы на любые, самые решительные и отчаянные действия.

У некоторых казаков было две серьги. Так идентифицировали единственного сына у отца и матери, которому, впрочем, никто не давал послаблений ни в бою, ни на привале. Но товарищеский дух – пожалуй, самая древняя традиция казаков! – диктовал опытным бойцам поберечь такого парня в походе, подставить ему при необходимости плечо, прикрыть от пули.

Согласно одному из преданий, подавая команду «Напра-а-аво!», атаман присматривался к тем бойцам, у которых была сережка. Их старались не посылать на верную смерть. Ведь, умерев, они могли оборвать нить древнего казачьего рода…

Казачий чуб, как и серьга, тоже имел сакральное значение. Его называли «оселедец» — то был один из символов удали опытного казака. Именно оселедец являлся связующей нитью между Казаком и его Небесным Отцом. Чубы, сколь длинными они бы ни были, носили только на левую сторону! Ведь считалось, что справа был Ангел, охраняющий казака от бед, а слева… находился Искуситель, от пагубного влияния которого, согласно поверью, казака «прикрывал» его чуб. Существовала даже присказка, гласившая, что если казак окажется в болоте, Бог обязательно спасет его, ухватив за непокорный чуб! Впрочем, в позапрошлом и прошлом веках чубы многих казаков скрывали известные нам по фильмам папахи…

Своеобразная прическа казаков отличала их от хазар и половцев, которые носили косы. Казаки, жившие на Среднем Дону, Тереке стриглись, обычно, «под горшок». Остриженные волосы прятали, закапывали в землю, опасаясь, что волосы могут попасть к неприятелю, который вполне мог навести порчу!

Всегда ли воевал казак, находясь в седле, да в походе? Отнюдь! Любые войны рано или поздно завершались. И даже те казаки, которые не мыслили своей жизни без сабли и коня, обзаводились семьями и хозяйством. Бесконечное кровопролитие сменялось домашним уютом, в котором далеко не последнее место занимал наваристый душистый борщ и ароматный хлеб, подающийся (по сей день!) на стол в первую очередь. Это древний символ гостеприимства и прочности семьи. А уж после него на столе появлялись горячие блюда.

На Кубани это был пресловутый борщ со сметаной. И, конечно же, палитра божественно вкусных казачьих яств не обходилась без ватрушек с творогом. Были здесь и славные пампушки с чесноком. Но… какой казак не любит мяса? Оно поглощалось в неимоверных количествах. Ножи и вилки в сторону! Казаки ели руками, посматривая на своих детей, среднее число которых в семье варьировалось от 7 до 10.

Казачья служба была трудной и опасной. И далеко не каждый доживал до старости. Поэтому продолжение казачьего рода было предметом особого беспокойства. А наличие большого количества членов семьи требовало четко выстроенной иерархии и беспрекословного подчинения. Отец в казачьей семье был и остается поныне Наместником Бога на Земле! Наказание за неповиновение ему сурово, но справедливо.

А что же его супруга, истинная берегиня казачьего очага? С молоком матери она впитывала любовь к труду, алгоритмы правильного поведения в казачьем кругу, понимание своего места в семье и необходимости уважать своего отца, старших братьев, супруга.

Именно женщина, казачка, была и остается олицетворением подлинного благородства!

Казаки уходили в походы, а вопросы ведения хозяйства, работы в поле, досмотра и воспитания детей ложились на женские плечи. Мать доверяла часть своей непосильной нагрузки детям. Старшие присматривали за младшими, отвечая за их безопасность перед родителями. За малышом, которому исполнился всего 1 год, приглядывал «более авторитетный карапуз», отпраздновавший первый «юбилей» (5-летие).

Мы рассказали Вам еще одну историю о казачестве — сословии, свято чтившим свои традиции на протяжении многих столетий. Это была честная история о Людях, доблесть, мудрость и подлинная отвага которых выдержала многочисленные драматические перипетии Великой Русской Истории, сохранив культуру и святые ценности семейных отношений, актуальность которых в XXI столетии будет только возрастать.

Сегодня в СМИ

Главный редактор

Группа




Свежие комментарии