Приют:


Континенталист, 10.11.2018 19:14   –   cont.ws  


Большинство моих историй происходят летом, это, пожалуй, лучшее время года. Ни каких тебе климатических ограничений, а в условиях крайнего севера это, безусловно, имеет значение. Летом можно проторчать весь день на улице и с головой погрузиться в череду приключений, без которых я просто жить не могу. Мама вывела меня прокатиться на своём трёхколёснике между домами нашего блока, типичные советские застройки жмутся друг к другу, каждый двор как под копирку. Моё внимание привлекла облицовка дома, она облеплена мелкими, белыми камнями, их невозможно оторвать, я не один раз пробовал. Я беззаботно кручу свои педали, позади меня шагает мама, не отрывая от своего чада взгляда. Вырулив на соседнюю улицу, я натыкаюсь на высокий металлический забор, верхняя часть которого состоит из сетки рабицы. Забор огораживает детский приют, по его двору гуляют брошенные дети, я останавливаюсь и подхожу к сетке. Дети бегают по огороженной территории, мне тоже хочется к ним присоединиться, и я спрашиваю у мамы разрешения, для того чтобы поиграть с ними.

- Тебе туда нельзя, эти дети сироты и они живут здесь – мама пытается оторвать меня от сетки, но это не так уж и просто.

Я смотрел на этих детей, и они вызывали у меня жалость, как можно ограничивать их свободу, почему их тут удерживают? Вопросов в моей голове возникало всё больше и больше. Все дети были странно одеты, на улице такая жара, а половина из них в тёплых вещах. Тут нас с мамой замечают двое подростков, я приветливо помахал им рукой, они поднялись с лавки и направились в нашу сторону. Я жаждал прикосновения наших рук, в этом было что-то сверх моего понимания, мне казалось, что это как-то поможет им и облегчит тяжбы заключения. Они медленно приближались, я рассмотрел мальчика и девочку, оба они имели одинаковую короткую причёску, одежда на них болталась, и была грязной. Одна из воспитательниц здоровая, злая баба, вся в чёрной одежде, замечает движение безликих детских телец, и свистит в свой дурацкий свисток, дети тут же замерли на месте, даже я оцепенел.

- Куда это вы направились – заорала она. Эта баба приняла ещё более грозный вид и замахала кулаком в воздухе, ей, наверное, очень не хватает на детской одежде порядковых номеров. Она бы захлебнулась от удовольствия, прокричав хоть раз им в спину:

- Семнадцатый и тридцатый, становись раз, два.

Ребята хмурятся и таят на глазах, они источают лишь грусть. Можно ли правильно донести до ребёнка, что его отец алкаш, а мать отбывает срок за кражу или убийство. Каким станет человек с малолетства заключённый в приюте, наверное, каждый из нас понимает что человек, взращённый в ограниченной среде – это страдалец.

Каждый день я рвался на улицу, мне хотелось спасти тех ребят, их образы захватили моё сознание, истерики, что я устраивал маме, изводили её и нервировали.

- Мы туда больше не пойдём и вообще ты наказан – мама хлопала огромными ресницами, протирая между делом обеденные тарелки.

Некоторым сиротам удавалось добираться до сетки, оставаясь незамеченными, они точно так же как и я висли на сетке и протягивали руки к мимо проходящим людям. Тётки раздавали им конфеты, а мужики и сигареты.

Сегодня в СМИ