Китай


Континенталист, 13.12.2018 21:43   –   cont.ws  


За Huawei

Всегда знал, что в Huawei работают крутые товарищи: мало того, что я у них последние 5 лет купил 5 смартфонов (не все себе, конечно же) и помог им стать вторыми в мире по объёмам продаж новых телефонов, так они ещё с серьёзными клыками. Судите сами:

1. Финдеректора Мэн Ваньчжоу не выдали США, а посадили под домашний арест.

2. Китайцы арестовали двоих канадцев по принципу если китайских граждан берут в заложники как средство для улучшения переговорных позиций США в ходе торговой войны, то и Китаю можно вести себя так же. Чистый принцип талиона в международных делах.

3. Huawei заморозила заказы у японского поставщика роботов Yaskawa после того, как Токио сообщил, что намерен отказаться от закупок китайского оборудования для развёртывания сетей 5G. Не покупаете у нас — мы не покупаем у вас.

4. Трамп заявил, что готов вмешаться в дело Ваньчжоу «если это будет в интересах национальной безопасности или поможет в торговых переговорах с Китаем». То есть Твиттела (отличный термин, позаимствовал у Павла Пряникова с “Красного Сиона”) эта ситуация напрягает, но и его самого много чем напрягают.

То есть Пекин не боится идти на обострение и отвечает симметрично. Вряд ли это остановит США, но их союзников демотивирует бежать впереди американского паровоза и помогать США воевать с Китаем.

И в связи со всем этим мне вот что интересно: почему россиянка Мария Бутина желает пойти на сделку со следствием, а Виктор Бут с Константином Ярошенко и такими же горемыгами как они чёрт его знает сколько лет сидят в американских тюрьмах, а Россия ещё никого не взяла в качестве заложника и не национализировала конфетные и кормовые заводики корпорации Mars в России?

Наверное, потому что у нас нет китайских коммунистических товарищей с раскосыми глазами. Да и мы не Китай. Хотя, могли бы хотя бы попробовать им стать.

Нанкинская резня (кит. трад. 南京大屠殺, упр. 南京大屠杀, пиньинь: nánjīng dàtúshā) — эпизод Второй японо-китайской войны, в ходе которого в Нанкине, столице Китайской республики, японские военнослужащие совершили массовые убийства и изнасилования гражданского населения. 

Насилие продолжалось в течение шести недель, начавшись 13 декабря 1937, в день, когда японцы овладели городом. За этот период солдаты Японской императорской армии убили, по разным оценкам, от 40 000 до более 500 000 китайских гражданских лиц и разоружённых солдат, а также совершили множество изнасилований и актов мародёрства. Несколько главных виновников этих преступлений были осуждены Международным военным трибуналом для Дальнего Востока и Нанкинским трибуналом по военным преступлениям и казнены. Однако предполагаемый ключевой виновник, Принц Асако, являвшийся членом японской императорской семьи, избежал суда, так как ранее получил от Союзников по антигитлеровской коалиции иммунитет от преследования.

Так как большинство японских военных записей, посвященных событиям Нанкинской резни, было засекречено и уничтожено вскоре после капитуляции Японии в 1945, историкам неизвестно точное количество жертв насилия. Международный военный трибунал для Дальнего Востока в 1948 году высказал оценку, согласно которой более 200 000 китайцев были убиты. Официальная позиция КНР говорит о более, чем 300 000 и базируется на оценке Нанкинского трибунала по военным преступлениям 1947 года. С 1980-х годов общее количество жертв является предметом постоянных научных дискуссий.

В декабре 2007 были представлены ранее засекреченные американские документы, включая телеграмму посла США в Германии, посланную через день после взятия города японцами, в которой он пишет, что слышал, как посол Японии в Берлине говорил о 500 000 китайцев, уничтоженных на марше от Шанхая до Нанкина. Согласно архивному исследованию, телеграмма, посланная американским дипломатом, говорит о полумиллионе китайцев в Шанхае и ещё шести провинциях.

Нанкинская резня остаётся и вопросом политической повестки, так как дискуссии вокруг неё регулярно затрагивают чувствительные темы исторического ревизионизма и японского национализма, приверженцы которых заявляют, что трагедия была преувеличена или полностью сфабрикована в целях пропаганды. Так или иначе, она остаётся камнем преткновения в отношениях Японии как с Китаем, так и с другими странами Азиатско-Тихоокеанского региона, такими, как Южная Корея и Филиппины.

Хотя правительство Японии признало убийство большого количества нонкомбатантов, мародёрство и другие проявления насилия в захваченном японской армией Нанкине, а японские ветераны, служившие там, подтвердили, что жестокости имели место, небольшое, но громкое меньшинство в японском истеблишменте и обществе продолжало заявлять, что нанесённый ущерб был чисто военным, а преступления не совершались. Отрицание массового убийства и ревизионистский подход к этому историческому событию стали составной частью японского национализма. В самой Японии существует разное отношение к Нанкинской резне, но лишь немногие отрицают сам факт того, что она произошла.

Сегодня в СМИ