ПонедельниШное. 25.02.19+


Континенталист, 25.02.2019 05:12   –   cont.ws  


Два случая, которые произошли почти одновременно на Пасху 1996 года,

поставили под угрозу жизнь творческой интеллигенции Киева - если можно

умереть от хохота, то именно тогда нам представились наилучшие шансы.

Муж моей сестры пилит скрипочку в Национальной опере. Несмотря

на громкое название сего учреждения, проблема с выплатой зарплаты

там стоит очень остро, и практически все музыканты ищут какой-то

дополнительный заработок. В основной своей массе они делятся на тех,

кто играет по вечерам в ресторанах для бандитов и на тех, кто состоит

в т.н. “оркестре жмуров” - то есть, играет на похоронах ( преимущественно,

тех же самых бандитов). Всем работам работа, но спиваются на ней

в два счета.

Непосредственно перед Пасхой хоронили они одного кадра, который

проживал в одном из “спальных районов” - в 16-тиэтажном доме, причем

на 12-м этаже. Когда уже собрались в полном составе безутешные

родственники и друзья, подъехал автобус и венки с траурными лентами

уже украшали ступеньки подъезда, когда музыканты уже взяли

инструменты “на изготовку”, в самый что ни на есть распоследний момент

возникла маленькая техническая заминка. Дело в том, что покойный был

мужчиной очень высоким - под 2 метра, гроб был, естественно, еще больше,

грузовой лифт оказался поломанным, а в пассажирский гроб, даже

поставленный “на попа”, не уместился бы ни в коем случае. Наступила

затяжная “рекламная пауза” - народ не знает, что делать, вдова

нервничает, длительное время заняли поиски лифтера, но это ни к чему

не привело, поскольку выяснилось, что лифт поломан очень всерьез

и надолго. 

Родственники-то ладно - куда они денутся, потерпят, а вот

у музыкантов время лимитированное, посему им в утешение было выдано

некоторое количество спиртного из поминочного запаса, и, удалившись

в ближайший скверик, они постарались скрасить себе часы томительного

ожидания. Тем временем оргкомитет похорон лихорадочно обсуждал,

что делать. По лестнице гроб не снесешь, поскольку лестничные клетки

многоэтажных домов, как известно, не предназначены для проносов гробов,

не говоря уже о том, что нести его нужно, как минимум, шестерым, да еще

и разворачиваться с ним на площадках. От причудливой мысли спустить

гроб на веревках из окна тоже пришлось отказаться - во-первых, где

достать веревки такой длины, во-вторых…ну как бы вам объяснить…вот

представьте себе, что вышли вы на балкон , скажем белье повесить…и тут

мимо вас, мерно покачиваясь на веревках, проплывает гроб… В общем,

учитывая, что медлить далее уже нельзя, приняли единственное верное

решение - взять усопшего под ручки и спустится с ним в лифте. Сказать

легко, но вот только среди родственников и друзей добровольцев на роль

труподержателя не нашлось . С другой стороны - посторонних привлекать

не хочется, не давать же повод к лишним разговорам. Словом, не нашли

ничего лучшего, как обратиться к оркестрантам, которые втихаря

наслаждались жизнью, усевшись под детскими грибочками . Хотя, как

известно, музыканты и самый циничный народ, но услышав такую просьбу

даже они несколько опешили.

 Дирижер легкомысленно предложил

возложить эту миссию на главного наследника по завещанию, но шутка

успеха не имела. В общем, тромбонист Рома, будучи самый отчаянным

(или самым пьяным), сжалился над бедными людьми и за некоторое

скромное вознаграждение согласился спустится со жмуром в лифте,

в то время как пустой гроб снесут по лестнице пешком. Друзья-музыканты,

помогая им загрузиться в лифт, еще посмеивались насчет того, что дескать

будет весело, если на каком-нибудь из нижних этажей лифт остановят

на “подсадку”… Рома тоже был довольно весел и бодрился как мог. Делов-то

на три минуты.

Естественно, застрял и просидел в лифте полтора часа.

В компании с покойником ему не было очень скучно. Тем более, что дабы

воспрепятствовать падению окоченевшего трупа, его приходилось все время

нежно обнимать за талию. “Я полюбил его, как родного” - рассказывает

Рома в долгие зимние вечера за кружкой пива…Теперь вообразите:

а) состояние Ромы, который, намертво застряв между восьмым и седьмым

этажом, первые двадцать минут ревел белугой, колотился в двери и звал

на помощь, потом обессилел и покорился судьбе. Когда его вызволили,

он находился в состоянии, близком к каталепсии. На глазах его были слезы.

Продлись весь этот кошмар еще хоть пять минут, и они бы получили второй

труп, готовый к погребению (во фраке и с бабочкой).

б) -состояние родственников, вдовы и многочисленной толпы любопытных,

жадных до развлечений - будь то свадьба или похороны. После получасового

напрасного ожидания в подъезде (ах, как же им все-таки хотелось

обстряпать все тихо и незаметно), растерянные гробоносцы вышли

с ПУСТЫМ гробом на улицу и предались панике. Установить, где именно

находится лифт с драгоценным грузом, найти человека, способного

починить лифт и спустить его вниз - все это заняло немало времени.

Дабы замять скандал и излечить от душевной травмы, в Рому влили

щедрую порцию горючего. Эффект превзошел все ожидания. Он не только

сообщил, что не имеет никаких претензий, но и готов честно выполнить

свои обязанности тромбониста. О, зачем они, безумные, не отправили

его домой….

Наверное, это были самые странные похороны во всей мировой

истории. Вообразите себе похоронную процессию, где безутешные

родственники идут, закрывая лица платками и давясь от беззвучного

хохота, оркестрантов, которые еле сдерживаются, чтобы не бросить

инструменты и не повалится на землю в истерическом припадке, но все же

кое-как пытаются играть “Траурный марш” Шопена… Особую прелесть

произведению великого польского композитора придавало то, что

тромбонист отставал ровно на два такта от остального оркестра,

что привнесло в избитый шлягер совершенно новый, просто-таки

авангардный оттенок. Все-таки им худо-бедно удавалось сдерживаться,

пока на кладбищенской дороге им не повстречалась сухонькая старушка,

которая, утирая слезы кончиком платка, сказала дребезжащим голоском:

Хлопци, вы так гарно граете…” После этого в составе оркестра остались

только скрипачи, которым истерическое кудахтанье все же не мешало

воспроизводить какое-то подобие звуков - в отличие от духовиков. Дирижер

же молча содрогался в конвульсиях. Во время панихиды Рома, будучи уже

совершенно невменяемым, поскользнулся и упал в соседнюю яму, вырытую

для чужого покойника. Скромное самоотверженное сердце…

Не имея возможности выбраться, он все же не пожелал нарушить торжественность

момента, и чтобы не подводить товарищей, продолжал играть свою партию.

Постепенно все инструменты один за другим растерянно умолкали.

Ситуация во вкусе Гофмана - тромбониста нет, а тромбон играет, причем

звучание у него явно замогильное…Столпившись вокруг ямы, где

скорчившись на дне, ничего не слыша, не видя и вряд ли уже хоть

что-нибудь соображая, Рома продолжал увлеченно заниматься

тромбонизмом, бесстыжие циники огласили обитель печали дружным,

бодрящим хохотом, от которого несчастный, забытый всеми покойник,

наверное перевернулся в своем гробу…

Друг моего знакомого еще в советские времена ходил на

научно-исследовательском судне “Дмитрий Менделеев”.

Однажды у них произошла следующая история.

Боцман, который служил на этом судне уже очень давно, имел

собственную коронную подколку над молодыми матросами. При переходе

экватора он подходил к тому кто находился в плавании первый раз

и серьезной физиономией говорил следующее:

- Наш корабль скоро будет переходить экватор. Так как при переходе

экватора меняется состав воды, то нам необходим облегченный якорь.

Поэтому одну лапу надо удалить.

С этими словами он давал в руки молодому пилку по металлу и подводил

его к якорю. Молодой начинал мастурбировать с лапой (попробуйте

представить себе якорь океанского судна и сколько времени надо, чтобы

его перепилить), а остальная команда укатывалась со смеху. Молодой

матрос быстро понимал, что его “обули” и покатывался вместе со всеми.

Но однажды боцман нарвался… После того как на эту удочку попался

очередной молодой матрос, команда свободная от вахты сидела

в кают-компании и прикалывалась над чуваком. Спустя примерно

двадцать минут приходит матрос и докладывает, что “ваше приказание

выполнено - лапы нет”. В кают-компании наступила мертвая тишина.

- Что??? Ножовкой…?

- Ну, с пилкой я до утра бы провозился. Я сходил в трюм за автогеном.

И автогеном ее…

Боцман пулей выскочил на палубу - и точно, якорь сиротливо лежал

с одной лапой.

Боцман получил хороший пистон от капитана и больше так не шутил.

***

Поистине иной раз обстоятельства так сложатся, что можно просто

уписяться. Короче, у моей подруги был один знакомый по фамилии Случак

(фамилия говорит сама за себя) - человек женатый на достаточно ревнивой

женщине, но не обременённый этим и всегда готовый куда-нибудь свалить

на случку. А так как жена его ездила ещё и в командировки, то принимал

он женщин прямо у себя дома без особых стеснений и, прямо скажем, с

удовольствием.

Вот однажды выдалась очередная командировка, к которой Случак

конечно же приготовился: купил шампуньки, конфеток - короче, всё путём.

Привёл чуву - просто отпад. Сидят они, стало быть, кушают шампуньку…

А у Случака был друган Шура - человек тоже женатый и большой любитель

выпить. Жёны их были тоже знакомы. Короче, дружили семьями. И был

у Шуры особый дар: он спиртное чувствовал на расстоянии, особенно когда

друг выпивает, а в гости не зовёт. Ну, конечно, учуял он это дело как

обычно и припёрся.

Ну что делать - садись, коль пришёл.

Полчаса сидят, час сидят - Случак начинает нервничать. Шутка ли,

хочется очень! а этот козлина не уходит. Тут, как назло, жена Шуры

звонит и задаёт обычный вопрос:

- Мой у тебя?

- Нет, - отвечает Случак.

Но видать как-то неуверенно он это сказал, и закралось смутное сомнение.

- Слушай, - говорит он Шуре, - Твоя жена явно что-то заподозрила, и мне

кажется, что она сейчас сюда припрётся.

- Нет. Ты что! Ты моей жены не знаешь. Никуда она не пойдёт. Не сцы!

Но Случака чутьё не подвело. Через 10 минут звонок в дверь.

Шура заметался как веник по хате и, дабы не быть пойманным в пьяном

виде, в конечном итоге затихорился под диваном.

И точно, его жена. Зашла. Смотрит - мужа действительно нет.

Ну и присела за стол. Случак вне себя от злости на алкаша-Шуру, но виду,

естественно, не покажешь, и впадлу ему давай его жене подливать

и разговоры разговаривать. А Шура, стало быть, лежит под диваном.

Ну вот, сидят они так долго, уже поздно, темно на улице … и вдруг…

телефон зазвонил. Жена Случака из командировки звонит, о здоровье

муженька справиться. Шуркина жена к телефону ближе сидела и на правах

друга семьи трубку и схватила по инерции.

Поговорили они о том о сём. И вдруг жену Случака осеняет.

- Cлушай, - говорит она, - А что это ты с моим мужем у меня дома делаешь

ночью, шалава ты этакая !!!

- Ах я шалава?! - парирует Шуркина половина, - Да ты бы лучше за своим

бл&дуном смотрела!! Он тут, между прочим, с бабой расслабляется!!!!!

- АХ Я С БАБОЙ?! - срывается Случак,-“ТАК ЗАБИРАЙ СВОЕГО БЛ&ДУНА

ИЗ ПОД ДИВАНА И ТЁЛКУ ЕГО ПРИХВАТИ!!!

и показывает на свою девчонку…

Девчонка была умница и Случаку ещё и подыграла. Ну и вот…

***

СОЧИНЕНИЯ КИТАЙСКОГО СТУДЕНТА,ОБУЧАВШЕГОСЯ В 80-Х ГОДАХ В СССР / 11:13 08.02.05

Летний отдых

Мне нравится проводить лето в воде особенно в море соленом.

Там всем любовно и прельстиво. В море можно купаться или загорется. Но можно обгореться, когда обгорется это не страх и не пугаться, то есть можно жить.

У меня стали смуглы руки, ноги, туловища, нос, уши и другие члены.Загораться нужно на пляже — это мудро и умно.

Мне нравится больше всего купаться. Этим заниматься лучше то-же и всегда с друзьями.Когда я плыву то мне прельстиво и сыро но любовно и сладко и рыбку.

Да рыбку можно часто видеть. Когда я купался в море то видел рыбку такую как карпы, щуки, карасик, медузы, устрицы, ракушки и другие чудинки.

Но много рыбку мы не виделись, то есть акула, кит и другой морской скотин.

Особенно нам нрався когда у нас мокрый и сырой живот и туловищи тоже и головки и все члены. Наш народный писатель писал что

«Море всем прельстиво и забавно, там можно мочиться и намокать трусики и бесится и любовно там всем в мести».

Я с этим согласен. Особенно лучше в советски море и океан. Всем нрався советски вода, особенно Ленин. Он их прославил.

И я, и друзья и весь советский народ этим возрадованы. Мне любовни летний отдых особенно советски море.

Мое любивное занятие

У меня есть любивное занятие в большом количестве. Оно является труд. Трудиться трудным трудом имеет славу в мире.

Мой любивный труд это умелые руки. Например однажды днем я резал веревку. Но порезал конец и палец. Несмотря на ужасны и

душевыдирающий боль я не упал ухом а в оборот возрадовался потому что палец выжил и великий, прославленный труд завершился

умело и мудро.

Кроме умелые руки я любовен готовить. Иногда я готовлю еду, молоки, крошу, сардель, сосисиски, котлеты, конфету и другой

пищ. Все меня считают великий повар.

Но я скромен но прельстивый и возрадаюсь от наслаждения. Есть другой труд кроме умелые руки и готовить, это учиться.

Я учица хорошо, мой любовни предмет это русский язык. Я им горжусь.

Он мне прельстивый и любовный как мама и попа. Все его славит и пишет произведения советски, особенно Ленин.Этим я тоже горжусь.

Весь труд это слава! Все трудом гордены! Наш великий поэт писал, что «Труд нам любовен и славен и мы им горделивы и целовать ему пятку и другой член в качестве благодарности за хлеб, вода и мылу!»

Еще например великий советскийи русский тоже писатель Ленин.В.И.писал почти тоже самой.

Весь советский народ этим гордится и славит строчку памяти труда и Ленину дорогому и любовени поклонится. И я тоже этим

горден и возрадован.

Мое любивное занятие хорошо отражать всемирно известное произвение «Слава — партия! Слава — Ленин! Слава — труд!»

***

История, рассказаная мне знакомой врачом-хирургом.Как-то давно я был у нее в гостях. И вот рассказываю я ей, что в школе

в химическом кружке я ставил опыт по проверке горючести сероводорода. Не помню сейчас химических формул, но кажется брали

сернистое железо и кислоту, получали газ и поджигали его в пробирке. Говорю, что действительно горит. Она послушала меня и

поведала следующее. Как-то к ним в больницу привезли одного полковника, который тоже решил проверить горючесть сероводорода,

но не в химлаборатории, а у себя дома. И по причине отсутствия реактивов ничего умнее ему в голову не пришло, чем снять

штаны и пукнуть на зажженную свечу. Ты вот ржешь - продолжала она с совершенно серьезным лицом, - а не знаешь, что в

организме помимо сероводорода присутствуют метан, пропан (она произнесла еще несколько названий) и кислород тоже, то есть

практчески гремучая смесь. В результате ему полжопы разорвало, а я потом шесть часов ее зашивала!

Сегодня в СМИ