На цепи у папы. Что сейчас с мальчиком, которого истязал отец?


Континенталист, 5.08.2019 11:27   –   cont.ws  


В июле СМИ облетела новость: житель Кубани держал на цепи десятилетнего сына. Мальчик пришел в магазин прямо с цепью на шее. АиФ.ru узнал его дальнейшую судьбу – оказалось, на днях он воссоединился с мамой, которую не видел 5 лет.

На Кубани возбудили уголовное дело в отношении мужчины, который морил голодом и держал в сарае на цепи десятилетнего сына. Мама мальчика считает, что он пострадал из-за бездействия компетентных органов. Она 5 лет боролась за право видеть сына, а вернуть его смогла только когда история с цепью стала широко известна.

Десятилетний узник

Однажды вечером на пороге сетевого супермаркета в кубанском селе Великовечном появился худой мальчик в грязной одежде. Он сразу привлёк внимание продавцов своим внешним видом и не по-детски серьёзным взглядом, который блуждал по полкам с продуктами. Ему стали задавать вопросы. Заплакавший ребёнок признался, что очень голоден, потому что долго просидел на цепи в сарае. Сомневаться в правдивости этих слов никому не пришлось. Под ветровкой у школьника по имени Тимур (имя изменено) обнаружили толстую металлическую цепь с двумя навесными замками, один конец которой был обмотан вокруг шеи. Дав ребёнку поесть, работники магазина вызвали сотрудников полиции и МЧС России. Спасатели освободили мальчика от оков при помощи специального оборудования, а после увезли в больницу.

Со слов мальчика и из других источников быстро выяснили общую картину случившегося. Тимур жил со своим 46-летним отцом Валентином Матвиенко, мачехой и их совместным ребёнком. В тот день, когда школьник пришёл в магазин, глава семейства повёз беременную жену в перинатальный центр Краснодара. А перед отъездом родной папа посадил старшего сына на цепь. Мальчик рассказал, что это случилось далеко не впервые. Его часто отправляли под замок в сарай, заставляли там стоять на коленях и даже ночевать. Не очень надёжный способ крепления цепи к деревянной ножке стеллажа позволял юному узнику освобождаться. Но когда папа с мачехой были дома, он не рисковал покидать свою тюрьму из-за страха последствий.

После возвращения Валентина Матвиенко из Краснодара к нему пришли полицейские. Говорят, поначалу он пытался отрицать слова сына, но довольно быстро во всём сознался. Мужчина стал оправдывать свои действия тем, что Тимур очень плохо себя вёл. Якобы он занимался воровством, что-то поджигал, сбегал из дома. А использование цепи с замками родитель пытался представить как способ воспитания и предотвращения новых выходок. Мол, в их отсутствие парень мог натворить бед. Но эти отговорки не помогли мужчине избежать ответственности.

Белореченский межрайонный следственный отдел СКР по Краснодарскому краю возбудил в отношении Валентина Матвиенко уголовное дело по статье «незаконное лишение свободы несовершеннолетнего». Ему избрали меру пресечения в виде подписки о невыезде. В ведомстве пообещали тщательно изучить условия жизни ребёнка с отцом и проверить, не подвергался ли он другим противоправным действиям. Также к делу подключилась прокуратура, которая даст оценку работе государственных служб в профилактике таких историй. Но родная мама Тимура Виктория Пономарчук уже сделала свои неутешительные выводы.

«Я тоже бы сидела на цепи»

Виктория Пономарчук последние пять лет практически не общалась с сыном. Их первая после вынужденной разлуки встреча произошла в реабилитационном центре для несовершеннолетних, куда мальчика поместили после случившегося. Состояние ребёнка женщину ужаснуло.

«Он был худеньким, истощённым, с вздутым животиком, — рассказывает мама Тимура. — Сын даже в туалет не мог сходить, потому что его морили голодом. Ему доктора вызывали. Он как-то ел сахар килограммами — нечего другого не было. И опять же за это Тимур был наказан. Сейчас он всё время хочет кушать и не может наесться, хотя переедать ему нельзя. Мне сказали, что после такого недоедания это опасно. Деньги, которые давал дедушка, у него отбирали. Даже если он украл какую-то булочку, я его не осуждаю: он просто выживал. Я заметила, что у него вся голова сзади в небольших шрамах, на которых волосы не растут. Я не стала спрашивать, откуда они взялись, чтобы не травмировать ребёнка. Наше общение только началось, надо всё делать потихонечку».

Мама и папа Тимура оба родом из Иркутской области, но познакомились они на Кубани. Валентин Матвиенко в своё время переехал в село Великовечное с родителями, а Виктория гостила там у родственников. В 2008 году они поженились, у пары родился сын, но брак продлился недолго. Причиной разлада стала другая женщина. Виктория пригласила на Кубань свою подругу из Сибири, а та оказалась разлучницей. После развода Тимур остался с мамой и жил с ней до трёх с половиной лет, но потом отец мальчика вдруг стал выдвигать свои требования.

«Он поставил условие, что я должна отдавать ему ребёнка, когда он захочет, — продолжает Виктория Пономарчук. — Но, зная этого человека, я понимала, что добром такое не кончился. Я решила делать всё по закону и обратилась в суд по поводу определения места жительства ребёнка. Суд был за меня, но ещё до вынесения решения бывший муж попросил дать ему сына на выходные. Я согласилась, потому что была в хороших отношениях с матерью Валентина. Она пообещала обязательно отдать Тимура обратно. Но когда я через время стала звонить и просить привезти сына, бывший муж отказался его возвращать. Хотя ребёнок плакал и просился ко мне, потому что был очень привязан».

По словам Виктории, отец ребёнка решил забрать его себе из-за её нового брака. Родному папе Тимура не понравился избранник бывшей супруги. Виктория говорит, что Валентин хотел сам выбрать ей нового мужа — в этом случае он позволил бы Тимуру остаться с мамой. Но это ещё не все странности в поведении Валентина.

«Он вообще предлагал мне поселиться вместе с ним и его новой женой, — признаётся Виктория Пономарчук. — Он хотел, чтобы я ухаживала там за нашим ребёнком. Мол, мальчику всё равно нужна мать. Это же вообще просто дикость! Вот такой он ненормальный человек. И даже если бы я вот так согласилась пожертвовать ради ребёнка своей личной жизнью, то всё равно бы просто не выдержала там, зная бывшего мужа. Потом бы тоже наверное на цепи сидела».

Хватай сына и беги

По словам Виктории Пономарчук, суд удовлетворил её требования и постановил, что Тимур должен жить с мамой. Но вопреки этому мальчик так и остался с отцом, потому что тот упорно уклонялся от исполнения принятого решения. А через три года Валентин Матвиенко сам обратился в суд и смог узаконить проживание ребёнка в своём доме. Решающую роль сыграло то, что женщина согласилась с требованием бывшего мужа. Она говорит, что ребёнок был травмирован всей этой делёжкой, и ей не хотелось усугублять его положение.

«Бывший муж мне сказал, что чем больше я буду пытаться забрать сына, тем хуже будет для него и для меня, — говорит женщина. — Я не то что испугалась, а просто решила отдать всё в руки божии. Иначе бы продолжилась эта жестокая борьба, можно сказать — война. Ну и никто же ведь не знал, что отец так будет воспитывать ребёнка. Он бил себя в грудь, что он такой герой, что даст сыну образование чуть ли не за границей. А в итоге получилось образование в сарае под цепью».

Виктория думала, что после окончания всех тяжб бывший муж успокоится и она сможет без проблем видеться с сыном. Но она ошибалась. С момента отказа возвращать ребёнка Валентин Матвиенко не только препятствовал их встречам под разными предлогами, но ещё и настраивал парня против матери.

«Я живу в Апшеронском районе, а они в Белореченском, — рассказывает женщина. — Бывало, мы договаривались о встрече, и я приезжала с гостинцами, но увидеть сына мне не давали. Один раз бывший муж сказал, что они уехали в Краснодар. Тимур якобы вдруг захотел в аквапарк, хотя мы заранее обговорили время моего приезда. Постоянно возникали какие-то специально подстроенные нестыковки. А потом бывший муж говорил всем, что я не хочу видеть сына, что даже пирожок не могу ему привести. А Тимуру он говорил, что я его бросила, не хочу с ним общаться. Мол, если ты уйдешь от меня, то тебя в детский дом заберут. Ребёнок был запуган».

По словам Виктории, уполномоченные органы исполнительной власти ей не помогали, а только присылали отписки или давали странные советы. В местной администрации как-то сказали, что если она хорошая мать и хочет увидеть сына, то пусть ставит палатку и ночует возле дома бывшего мужа. Или ей отвечали, что не могут найти управу на папу Тимура. Мол, у него во дворе бойцовская собака, он очень сложный человек, мы не хотим проблем. А как-то раз Виктории в неформальной беседе посоветовали просто схватить сына и убежать. Не помогли женщине и в полиции, куда она обращалась из-за угроз мужа.

«Он говорил, что если я буду пытаться забрать Тимура, то мне или моему мужу подкинут что-то запрещённое, что-нибудь сделают, — говорит Виктория Пономарчук. — Я писала заявления в полицию, но мне отказывали в возбуждении уголовного дела. Понятно, что за слова его не посадят. Я просто хотела добиться внимания, чтобы хоть кто-то мне помог. Но никто ничего не делал».

Конец кошмара

У Виктории Пономарчук были причины серьёзно относиться к угрозам мужа. Его родители, с которыми у мамы Тимура всегда были хорошие отношения, рассказывали ей о криминальном прошлом сына. С их слов, его судили за тяжкое преступление. Виктория и сама видела бумагу в полиции, где говорилось о нападении Валентина Матвиенко на сожительницу ещё в Иркутской области. Но сам он никогда ей ни в чём таком не признавался. Также Виктория утверждает, что одно время её бывший муж был на Кубани помощником депутата. Но там случайно узнали о его судимости и попросили уйти.

Виктория полностью доверяла матери бывшего мужа и была спокойна за сына, пока они жили вместе.

«Бабушка очень любила Тимура и воспитывала его после меня, — говорит Виктория Пономарчук. — Мы с ней созванивались, общались, и она всегда меня успокаивала. Говорила: „Не переживай, Вика, мальчик накормлен и обут“. Хотя она тоже не могла повлиять на Валентина и терпела его. Она сама мне говорила, что он мог применить насилие даже к ней. Но в 2017 году бабушка Тимура умерла, и я подозреваю, что именно тогда началось всё худшее в жизни моего сына».

Речь не только про историю с цепью, теперь всплывают и другие детали. По словам Виктории, год или два назад детский врач при осмотре Тимура в школе заметил на его теле синяки. Отцу стали задавать вопросы, но он просто перевёл мальчика в другую школу и на этом всё закончилось. А потом и в новой школе произошло что-то похожее. Подробностей Виктория пока не знает, но Тимур не доучился несколько месяцев в 3-м классе. Отец опять забрал документы сына из образовательного учреждения.

Примерно то же самое рассказывает и тётя Виктории Наталья Нелепа, только ей известно больше, потому что она постоянно живёт в селе Великовечном. Многое она узнала только сейчас. Чем-то делятся знакомые, что-то говорил дедушка Тимура, которого Валентин отправил в дом престарелых. По словам Натальи, отец строго запрещал Тимуру общаться с роднёй по материнской линии, да и вообще мальчик был почти затворником. Он редко появлялся на людях с отцом и мачехой. Однажды видели, как супруги отдыхали в кафе с общим ребёнком, а Тимур в каких-то пятнах на лице ждал в машине.

«Дедушка Тимура рассказывал, что отец бьёт мальчика, — говорит Наталья Нелепа. — Мы считали это преувеличением, но всё оказалось правдой. Один строитель видел, как Валентин швырнул Тимура об забор и тот сильно ударился. Этот человек делал у них ремонт. Он попытался вмешаться, но ему сказали не соваться в чужие дела. Как-то Тимура заперли в сарае прямо в день рождения. Мачеха в качестве подарка швырнула ему банан, хотя отец даже этого не разрешал. Кстати, она бахвалилась, что пасынок будет у неё как прислуга на хозяйстве. А в школе мне рассказывали, что Тимур носил на руке какой-то браслет, при помощи которого отец якобы за ним следил и прослушивал. Может быть, чтобы он что-то лишнего не сказал».

Когда вскрылась вся эта история, Виктория Пономарчук была на последних сроках беременности. Недавно она родила ещё одного сына, но по факту её семья одновременно пополнилась сразу двумя детьми. На днях она забрала из реабилитационного центра Тимура, которого больше не намерена никому отдавать. Тем более что, по её словам, мальчик вздрагивает от одного слова «папа». Виктории обещают помочь решить вопрос об опекунстве.

Александр Власенко

Сегодня в СМИ