Россию, которая свысока смотрела на малодушные европейские карантины, накрывает новая волна страшного и непонятного ковида. Хладнокровие, которое мы демонстрируем, говорит не о тяжести проблемы, а об усталости общества от долгих ограничений. Между тем, в России заболеваемость выросла на 30 процентов, а в столице, которая, как и положено мегаполису, острее всего переживает эпидемию, за считанные дни произошел взрывной скачок заражений в три раза, сравнявшись с самыми тяжелыми и, казалось, миновавшими днями пандемии.

За три месяца избыточная смертность скакнула с 11 до 27 процентов. Россия, которая гордилась тем, что оказалась не по зубам ковиду, вышла на первое место в мире по смертности на сто тысяч человек. Под угрозой дальнейшего роста во многих регионах вводится обязательная вакцинация для служб сервиса, таксистов, продавцов, врачей. Плановая госпитализация разрешается только для пациентов с прививкой или отрицательным тестом. Неизбежными кажутся строгие меры по принуждению к вакцинации.

Борьбу с ковидом сравнивают с военными действиями. Уместно вспомнить изречение Суворова, самого знаменитого в России полководца, — «Недорубленный лес вырастает». К концу 2020 года казалось, что ковид забился в норы, а объявленная в начале 2021 года бесплатная и добровольная вакцинация должна была совсем угрохать заразу. Стратеги просчитались — вирус прорвал редуты и глубоко проник в наш тыл. Баталии с вирусом напоминают войну в Корее в начале 1950-х, когда противники поочередно гоняли друг друга от одного края страны до другого.

Да, зловредный вирус коварно мутирует, и Россию атаковал незнакомый индийский штамм. Что если штаммов, как звезд во Вселенной, чего вирусология не может исключить? Если так произойдет, то это изменит все наши традиционные ценностные ориентиры. «Всегда быть в маске — судьба моя» — все мы превратимся в Мистера Икс. Но еще важнее — неизбежная сегрегация по наличию антител и ограничение в правах тех граждан, которые по какой-либо причине не защищены от вируса. Сегодня преклоняют колени в рамках движения BLM, но по сравнению с грядущим поражением в правах расовая дискриминация покажется цветочками.

Однако это завтра, а сегодня главная причина резкой вспышки — провал программы добровольной вакцинации. В России вакцину вкололи себе 13% сознательных граждан, обе прививки — лишь каждый десятый. С точки зрения вируса, Россия не прививалась вообще, пусть и зарегистрировала вакцину первой в мире. Между тем, в Америке вакцинирована уже половина населения. До коллективного иммунитета в 60% рукой подать. Западная Европа приближается к отметке 30%. Нашими темпами необходимого уровня не достичь до следующих президентских выборов.

Не испытываю ни малейшего удовлетворения от того, что пребываю в роли Кассандры, поскольку предсказывал, что благородная затея в России провалится. Власти плохо знают свой народ, сознательность и инициатива — не его козыри. Результаты выборов и референдумов можно направить в нужную сторону, этому мы научились. Но с вирусом договориться невозможно. Вирус, как сказал бы Ленин, — реальность, данная нам в ощущениях. И эта реальность оказалась плачевной.

Хирург Вера Семеновна в «Покровских воротах» произнесла одну короткую, но ключевую фразу: «Резать к чертовой матери! Не дожидаясь перитонитов. Единственно прогрессивный взгляд!». Уговоры в России — чистой воды маниловщина, они никогда не приводили к результату. Модернизация в России — от Петра до Сталина — всегда предполагает мобилизацию и насилие. Проекты Медведева провалились, потому что взывали к сознательности.

Высокие чиновники сетуют на нигилизм населения. С их точки зрения, то, что начальникам на Руси достался плохой народец, — святая правда. Чем выше сидит начальник, тем хуже в его глазах народонаселение. Лучше б его вообще поубавить или хотя бы выпороть.

Только откуда взялся у народа нигилизм? Нигилистом был Базаров, который превозносил науку и считал, что порядочный химик в двадцать раз важнее любого поэта. Не кто иной, как наша власть, довела науку в России до жалкого состояния, почти до паперти, привила ей фаворитизм, вывела на подиум всевозможных шарлатанов, астрологов и ясновидящих. В итоге страна, которая славилась высоким индексом человеческого капитала, словно бурьяном порастет невежеством и мракобесием. Почему в СССР были лишь слабые всполохи антипрививочных настроений, а страшные заболевания, прежде всего, оспа и полиомиелит, были побеждены, а в новой России противников вакцины, которым она поперек горла, несмотря на ее одобрение в 60 странах, едва ли половина? Нет, это не нигилизм. Это разрушение договора между властью и обществом

Наша власть оторвалась от жизни. Откуда уверенность в том, что народ, обливаясь слезами благодарности, поползет на коленях в поликлинику? Сотни закрытых заводов и институтов, потерянные вклады, грабительская приватизация, губительные реформы здравоохранения и образования, падение доходов на фоне пухнущих карманов олигархов — общественный договор разрушен совсем не по вине общества. Скорее Лазарь очнется и сделает прививку, чем русский Иван встанет и пойдет.

Итак, необходимо было сразу, не дожидаясь перитонитов, придать вакцинации добровольно-принудительный статус. Вроде явки на первомайскую демонстрацию в СССР: можешь сидеть дома, но не пеняй на последствия. Стыдиться нечего: когда над обществом нависла угроза, о попрании прав личности говорить не приходится. Именно такой подход принят в странах, которые исповедуют, как мы говорим, либеральные ценности. В Америке проход на кампус университетов разрешен только привитым студентам. Вакцинацию прошли все врачи. А также профессиональные футболисты, баскетболисты, бейсболисты, которые ошпаривают друг друга горячим дыханием. Как разъяснили федеральные власти США, работодатель вправе потребовать от персонала сделать прививку, предоставляя поблажку в случае противопоказаний.

Но можно действовать не только привычным на Руси кнутом. Психологи считают, что запреты и поощрения мотивируют людей в соотношении один к двум. Никто не мешает стимулировать граждан и предложить им «морковку». Это была бы социальная инновация, которая с трудом прививается в России. Но жаба душит, ведь человек может оказаться политически неблагонадежным, хотя и привитым.

Да, борьба с ковидом — настоящая война. Это не для красного словца, как казалось поначалу. А выиграть войну можно только единым фронтом, когда власть поднимется до понимания ценностей, которыми дышит общество. Как говорил монтер Мечников, «согласие есть продукт при полном непротивлении сторон».

Сергей Лесков

Росбалт