Как изменилась роль женщины в жизни общества в ХХ веке и к чему это ведет белые христианские народы, хотя и не только их

ХХ век войдет в историю человечества как век переломный, изменивший судьбы мира. Это связано в первую очередь с резким изменением той роли, которую в обществе традиционно играла женщина.

Основной закон жизни человечества от истоков и вплоть до ХХ века гласил: «Бабы еще нарожают». И в этом была вся правда.

Исправно рожали все, независимо от достатка и социального положения. Рожали бедные и богатые, знатные и простые, красивые и некрасивые.  Перед Великой Октябрьской революцией на каждую русскую бабу – от царицы до крестьянки – приходилось в среднем по семеро живых детей. Сегодня мать семерых детей – белая ворона, к сожалению, а тогда это было нормой.

Вспомним хотя бы русских царей XIX века: Павлу Первому Мария Федоровна родила десятерых детей; Николаю Первому Александра Федоровна родила семерых; Александру Второму супруга Мария Александровна, хоть и слабая здоровьем, принесла восьмерых; рано умершему Александру Третьему любимая Мария Федоровна успела родить шестерых; а Николаю Второму последняя царица Александра Федоровна родила пятерых. Как видим, царицы не уступали в главном женском деле простым русским крестьянкам.

Жена великого писателя Льва Толстого (дворянка, помещица) родила и вырастила двенадцать детей.

Самая прославленная красавица царской России – Наталия Николаевна Гончарова родила четверых детей Пушкину, а потом еще четверых – Ланскому, итого восемь.

Надо заметить, рождение детей в русской традиционной семье воспринималось как радость, как Божье благословение. В детях видели смысл и счастье жизни. И не только потому, что сам Господь завещал «плодитесь и размножайтесь», но и потому, что так тысячелетиями жили наши предки.

«Бабы еще нарожают»… Пока в России продолжалось действие этого закона, росло ее население, росли ее армия и флот. Переполняясь изнутри, русская демографическая чаша изливалась вовне и тем самым присоединяла все новые территории в состав Российской империи.

За XIX век население страны увеличилось вдвое, русские стали самым быстрорастущим народом в Европе, а во всем мире уступали по этой части только китайцам. Во многом это было связано с тем, что вплоть до революции 1917 года раскрестьянивание еще мало коснулось России, 86 % населения жило в деревне и занималось сельским трудом, а дети сызмальства становились помощниками по хозяйству. «Дети – богатство бедных», – такую поговорку выносил русский народ в своем сердце.

***

В деревнях все держалось на  традиционной семье, да и в городах по найму работали в основном мужчины, чем закреплялось положение женщины как матери и домохозяйки, хранительницы домашнего очага. Между тем, в Европе и Америке положение женщины и семьи стало исподволь меняться еще в Средние века.

Уже в XIII столетии начинают массово появляться женщины-ремесленницы, о которых рассказывает городское право и цеховые статуты. Работники-мужчины с тревогой воспринимали растущее предложение дешевого женского труда (женщинам всегда платили вдвое-втрое меньше, чем мужчинам).

Возникла даже организованная борьба ремесленных цехов против женской конкуренции. XVI век отмечен появлением крупных капиталистических мастерских, в которых открыто эксплуатировались женские и детские силы. Все это происходило на фоне разрушения натурального хозяйства, активного раскрестьянивания, особенно в Англии и Германии, и начала промышленного переворота.

По мере развития промышленности раскрестьянивание усугублялось, и на городской рынок труда выбрасывалось все большее количество свободных женских рук. С XVIII века возникают крупные фабрики, особенно в текстильной промышленности, а прядильные и ткацкие станки испокон веку больше давались женщинам, чем мужчинам. Массовое вовлечение в общественный труд женщин и детей было выгодно капиталистам во всех отношениях, и количество рабочих в юбках растет с этого времени стремительно.

Экономическое и социальное положение женщин, которых работа отрывала от дома и семьи, постепенно меняется в массовых масштабах, сперва в Англии и США, затем и в других странах. Дольше всего сопротивляются Германия, где обществом исповедуется традиционный «идеал трех К: киндер, кирхен, кюхен» для женщины, а также крестьянская еще в целом Россия. Но и здесь в городах уже зреют изменения.

***

На русских крепостных фабриках XVIII-XIX вв. работали не только приписные («посессионные») крестьяне, но и «виновные бабы и девки из тюрем и острогов». Работные Регулы 1741 года представляли фабрикантам право принуждать к фабричной работе дочерей и жен крепостных мастеровых.

Некоторые поссесионные фабрики насчитывали громадное число работниц, например, Большая Ярославская Мануфактура в начале XIX века имела 1625 мужчин и 2250 женщин. Да и целом фабричные инспектора отмечали широкое участие женщин в фабричной промышленности. Так, в 1885 году на осмотренных ими фабриках насчитывалось рабочих:

  • мужского пола — 333052 чел. (68,59%),
  • а женского пола — 152545 чел. (31,41%), то есть почти треть.

Где, в основном, работали русские женщины? На табачных, спичечных, текстильных фабриках, на пивоваренных заводах. Это было выгодно фабрикантам: в России конца XIX века заработную плату женщине они выплачивали как минимум в два раза ниже, чем для мужчин, так что доля женщин в составе дореволюционного рабочего класса в нашей стране неуклонно росла.

Изменение социально-экономического статуса женщины с неизбежностью влекло за собой обсуждение ее политических прав и интересов. В России возникновение «женского вопроса» относят к переломному моменту поражения в Крымской войне. Поднявшаяся волна антиправительственной критики, ставшие модными рассуждения о том, почему у нас в России «все не так», затронули и проблему женщин.

В 1857 г. вышла в свет статья Н.И. Пирогова «Вопросы жизни», где ставился вопрос о новом воспитании женщин. Она послужила поводом для обширной дискуссии по женскому вопросу. Доминантой дискуссии стали выступления популярного литературного критика Дмитрия Ивановича Писарева, бросившего в общество крылатую фразу «Женщина ни в чём не виновата!», тут же подхваченную всем светом, а особенно его женскою частью. Писарев отмечал, что:

«Мужчина гнетет женщину и клевещет на неё… постоянно обвиняет её в умственной неразвитости, в отсутствии тех или других высоких добродетелей, в наклонностях к тем или иным преступным слабостям…».

Прошло всего лет пять и вот в своем романе «Отцы и дети» (1862) Тургенев выводит новый для России общественный тип – дамочку «эмансипе» Евдоксию Кукшину, неряшливую и вульгарную, щеголяющую «свободой нравов», но не пользующуюся признанием и авторитетом в обществе.

А между тем, в те же годы (1862-1863) в стенах петропавловской крепости Николаем Чернышевским уже писался роман «Что делать?», где образ «прогрессивной» женщины являлся центральным и вообще «женский вопрос» – то есть именно вопрос эмансипации, женского равноправия – рассматривался как один из главных вопросов российской общественной жизни.

***

До поры до времени Россия отставала в осмыслении данного вопроса от Европы и Америки, где дело зашло уже довольно далеко. Суфражистское движение, требовавшее равных избирательных прав для женщины, а там и феминистическое движение, представляющее собой своего рода манифестацию гендерного женского превосходства, уже давно набрали мощный ход в пределах Старого и Нового света, стали влиятельнейшим явлением в политике.

Благонамеренные идеи и трактаты о необходимости расширения прав женщин появляются в Европе по мере развития женского труда, что естественно. Так, уже в 1504 г. в Италии появляется крайне своеобразная феминистическая утопия «Книга о женском городе» Кристины де Пизан, которая содержала идею защиты прав женщин на образование и политическое влияние. Стоит заметить, что остроумная и быстрая мыслью Кристина более чем на десять лет обогнала самого Томаса Мора, считающегося изобретателем утопического жанра, чья прославленная «Утопия», однако, вышла в свет лишь 12 лет спустя!

Мечтать, как говорится, не вредно, но мечты о женском равноправии долгие века лишь мечтами и оставались. Настоящая борьба за них вспыхнула во Франции, где уже к началу Великой Французской революции 1789 года стал выходить первый журнал, посвященный борьбе женщин за равенство, возникли женские революционные клубы, члены которых участвовали в политической борьбе, была создана первая женская политическая организация «Общество женщин — революционных республиканок».

89227

Одним из первых документов феминизма считается «Декларация прав женщины и гражданки», написанная и представленная Национальному собранию французской писательницей Олимпией де Гуж в 1791 г. Там заявлялось в духе времени, что забвение женских прав, «тирания сильного пола» являются причиной национального несчастья и нравственного разложения; что женщина рождена свободной и по праву равна мужчине. Олимпия взывала:

«Разве еще не время, чтобы и среди нас - женщин - началась революция? Разве мы никогда не примем деятельного участия в формировании общества?»

Олимпия де Гуж переоценила свое время – французская Конституция 1791 года отказала женщинам в избирательном праве, а сама забежавшая вперед паровоза писательница была казнена в 1793 году не только как «враг революции», но и как женщина, «забывшая о достоинствах своего пола». Что весьма и весьма характерно. Однако де Гуж осталась верна себе и умерла со словами: «Если женщина достойна взойти на эшафот, то она достойна войти и в парламент».

В том же 1793 году специальным декретом правительства были запрещены женские клубы, появившиеся в революционной Франции и принимавшие активное участие в политическом процессе того времени. А в 1804 году император Наполеон издал указ, объявлявший, что женщина не имеет никаких гражданских прав и находится под опекой у мужчины. Наполеон не разделял модных заблуждений своего времени и на лукавый вопрос мадам де Сталь, кого он считает величайшей из женщин всех времен (писательница рассчитывала на комплимент), ответил с солдатской прямотой: «Ту, у которой больше всех детей, мадам».

Итак, несмотря на то, что само слово «feminisme» (от латинского femina - женщина) придумал французский теоретик социализма Шарль Фурье в начале XIX века, во Франции «женская атака», как говорится, «захлебнулась», чтобы вновь начаться в англо-саксонском мире. Классическим текстом современного феминизма стала книга английской писательницы Мэри Уолстонкрафт «В защиту прав женщин», изданная в 1792 г.

Вообще-то, впервые требования равноправия были выдвинуты именно американками во время Войны за независимость в США (1775-1783). Первой американской феминисткой считают Абигейл Смит Адамс, которая вошла в историю благодаря знаменитой фразе: «Мы не станем подчиняться законам, в принятии которых мы не участвовали, и власти, которая не представляет наших интересов» (1776).

Движение женщин за предоставление равных с мужчинами избирательных прав конца XIX - начала XX вв. получило название - суфражизм (от англ. suffrage - право голоса). Но это лишь фрагмент более общего феминистического движения. В свои программы феминистки в разных странах включали требования предоставить право на образование, профессиональный труд, на занятие государственных должностей, право cамостоятельно заниматься торговлей, предпринимательской деятельностью.

Суфражистки активно применяли ненасильственные методы гражданского неповиновения: приковывали себя к воротам, садились на рельсы, устраивали демонстрации и стояли на улицах с плакатами.

В начале XX в. (в 1904 г.) суфражистские организации США, Канады, Великобритании, Германии, Нидерландов, Норвегии и Швеции объединились в Международный союз за женское равноправие, который уже в 1911 г. насчитывал двадцать четыре национальные ассоциации.

Мировая борьба за женские права не осталась без вознаграждения.

Первыми избирательное право получили женщины в Новой Зеландии в 1893 году и в Австралии — в 1902 году. Позже это право получили женщины ряда европейских стран (в Великом княжестве Финляндском — в 1906 году, в Норвегии — в 1913 году, в Дании и Исландии — в 1915 году, в России в целом — в 1917 году, в 1919 году в Германии, Нидерландах, Швеции, в 1920 году — США, Австрии и Венгрии, в 1922 году — Ирландии, в 1928 году — Великобритании, в 1931 году — Испании и только в 1944 году во Франции, а в 1945 году — в Италии.  

В мире ислама, где в целом женщине долго еще ждать равноправия, первым ввёл его Азербайджан (1919), а в 2011 году — Саудовская Аравия.

***

Постепенно феминизм стал простирать свои притязание далеко за пределы политики. Феминистки призывали женщин осознать, что отдельные аспекты их личной жизни глубоко политизированы и являются отражением сексистских властных структур. Свое «освобождение» в политической и общественной жизни женщины стали увязывать с «освобождением» от сексуальности, от той роли, играть которую женщине предназначила сама Природа.

Свобода женщины все более стала ассоциироваться с правом на аборт и контрацепцию, с запретом на сексуальное внимание мужчин, которое стало трактоваться как «домогательство» («харрасмент»), с уходом женщины из традиционной семьи, от домашнего очага и детской кроватки – и, напротив, с утверждением разного рода нетрадиционных союзов, в том числе с однополой семьей.

Библией современного феминизма стала книга «Загадка женственности» Бетии Фридан (1963), которая опровергла идею о том, что женщины могут реализовать себя только в сфере домашнего хозяйства и воспитания детей. Как сказано в некрологе Фридан (2006), «Загадка женственности» «дала начальный импульс современному женскому движению в 1963 году и в результате навсегда изменила структуру общества в Соединенных Штатах и других странах мира» и «многими рассматривается как одна из наиболее влиятельных публицистических книг XX века».

Фридан считала, что роль домашней хозяйки и воспитательницы детей была навязана женщине посредством создания т. н. «загадки женственности». Она отмечала, что псевдонаучные теории, женские журналы и рекламная индустрия «научили, что женщинам, обладающим истинной женственностью, не нужна карьера, им не нужно высшее образование и политические права — одним словом, им не нужны независимость и возможности, за которые когда-то боролись феминистки. Всё, что от них требуется, — это с раннего девичества посвятить себя поискам мужа и рождению детей».

Что ж, надо признать, что успешное разоблачение «загадки женственности» повлекло за собой столь ожесточенную борьбу западного мира с этой самой загадкой, что если в середине ХХ века белая раса, по подсчетам ООН, занимала одну треть населения Земли, то через сто лет, к середине нашего века, по прогнозам, ее доля сократится до 15 процентов.

Если это не самоубийство европейской части человечества, совершенное под диктовку феминисток, то что же? Феминизм, однако, не собирается останавливаться на достигнутом.

***

Феминистическое движение развивается, диверсифицируется. Среди многих десятков его направлений можно отметить:

  • Анархо-феминизм,
  • Вуманизм,
  • Духовный феминизм,
  • Лесбийский феминизм,
  • Либеральный феминизм,
  • «Пушистый» феминизм,
  • Антипорнографический феминизм,
  • Психоаналитический феминизм,
  • Поп-феминизм,
  • Постколониальный феминизм,
  • Секс-позитивный феминизм,
  • Ролевой феминизм,
  • Социалистический феминизм,
  • Экофеминизм, Трансфеминизм,
  • Феминизм амазонок,
  • Индивидуалистский феминизм
  • и даже Марксистский феминизм
  • и Мужской феминизм (что бы это значило?) и мн. др.

Экзотики во всем это многообразии – хоть отбавляй.

К примеру, Радикальный феминизм полагает, что основанная на мужском начале структура власти и подчинения является причиной угнетения и неравенства, и пока вся эта система и её ценности продолжают существовать, никакие значительные реформы общества невозможны. Мэри Дейли придерживается мнения, что мир был бы намного лучше, если бы в нём было намного меньше мужчин.

А вот Сепаратистский феминизм не поддерживает гетеросексуальные отношения, его описывают как «разные виды отделения от мужчин и от учреждений, отношений, ролей и действий, определяемых и доминируемых мужчинами, а также работающих в интересах мужчин и с целью сохранения мужских привилегий, причём это отделение по собственному желанию инициируется или поддерживается женщинами». (Еще в начале 1920-х годов в Вашингтоне открылся Анти-флирт клуб, целью которого была защита женщин от внимания со стороны мужчин.)

В Заявлении же, разработанном «чёрной» феминистской лесбийской организацией «Коллектив реки Комби» в 1974 году, говорится, что освобождение чернокожих женщин влечет за собой свободу для всех людей, поскольку это предполагает конец расизма, сексизма и классового угнетения.

***

А что тем временем происходило с женским движением в нашей России? Какими зигзагами оно шло, к каким результатам привело?

Лидеры социалистических и рабочих организаций враждебно относились к самостоятельным и организованным действиям женщин, но понимали необходимость опираться на них в своей борьбе. Раньше других, в 1903 г., требование равноправия женщин включила в свою программу российская социал-демократическая рабочая партия (большевики и меньшевики); к концу 1905 г. вопрос о равноправии включали также программы кадетов и эсеров.

Но до 1905 года вопрос о политических правах женщин в полной мере не ставился; он возник в рамках политической деятельности конституционалистов в связи с царским Манифестом 17 октября 1905 года, поскольку Манифест провозгласил определенные гражданские и политические права и свободы только мужчинам.

(Повторилась ситуация и Американской, и Французской революций, когда женщин исключали из категории граждан). Однако дело двигалось быстро, и уже в 1905 г. Всероссийский союз равноправия женщин был приглашен присоединиться к Международному союзу, а в 1906 г. делегация российских суфражисток участвовала в работе III конгресса женщин в Копенгагене. В декабре 1905 г. сформировалась Женская прогрессивная партия.

Женские организации в 1917 году были уже довольно многочисленны и все встали на сторону революции. Единственное, пожалуй, исключение – женский батальон, защищавший Зимний дворец в ходе штурма. Те из этих героических женщин, что остались в живых, даже израненные, были затащены победителями в Павловские казармы и там поголовно изнасилованы…

Революция победила, а с ней и феминизм.

В России, с ее особым путем в истории, феминизм, разумеется, приобрел свой, особый колорит, проявляясь как Социалистический или Макрксистский феминизм, связывающий права женщин с идеями о капиталистической эксплуатации, угнетении и труде. Социалистический феминизм рассматривает женщин как подвергающихся угнетению в связи с их неравным положением на рабочем месте и в быту. Проституция, работа на дому, уход за детьми и брак в равной мере рассматривались сторонниками этого течения как способы эксплуатации женщин патриархальной системой.

Неудивительно, что советская система сильнейшим образом ударила по семье и браку, начиная с первых дней советской власти.

Карл Маркс и Фридрих Энгельс считали, что когда классовое угнетение будет уничтожено, исчезнет и половое неравенство. Поэтому в Советской России с самого начала женщинам были предоставлены максимальные права, не только политические, включая право на аборт и развод. Злоупотребление которыми началось немедленно и приобрело повальный характер, оправданный сопутствующими теориями типа прославленного «стакана воды».

В частности, РСФСР стала первым государством мира, узаконившим прерывание беременности — в 1920 году. В 1936 году Сталин спохватился и запретил аборты. Рождаемость немедленно пошла в рост. Однако после смерти Сталина произошла катастрофа.

В Женеве в марте 1955 года, куда Хрущев прилетел на встречу с президентом США Дуайтом Эйзенхауэром, премьер-министром Англии Энтони Иденом и премьер-министром Франции Эдгаром Фором, партнеры по переговорам выкатили Хрущеву три условия мирного сосуществования сокращение вооруженных сил СССР, осуждение деятельности Сталина во главе страны и, что самое интересное, снятие запрета на произведение абортов (люди Запада знали, о чем просить).

23 ноября 1955 года Указом Президиума Верховного Совета СССР «Об отмене запрещения абортов» всем беременным было разрешено производство операции искусственного прерывания беременности. Для этого не требовалось согласия супруга, а достаточно было всего лишь желания самой женщины. С тех пор в России было произведено примерно 200 млн (!) абортов: стольких граждан нашей страны мы недосчитались. Это в полтора раза больше, чем все сегодняшнее российское население.

При этом в Великобритании аборты узаконены только в 1967, в США — в 1973 году, во Франции — в 1975 и в Западной Германии — в 1976 году. Вот уже 75 лет как РСФСР (а ныне Россия) заметно опережает все развитые страны как по общему числу абортов, так и по числу абортов по отношению к числу рождений.

Институт брака также был атакован женщинами, восставшими против тысячелетних традиций: 70 % разводов совершается сегодня по их инициативе. Неполные семьи, искалеченные детские души, массовое разрушение семейной психологии вообще – неизбежный результат.

В итоге к 1990 году в РСФСР уже была самая низкая рождаемость в Советском Союзе, в 1,4 раза ниже, чем в среднем по стране и даже ниже грани расширенного воспроизводства населения. Напомним, что сто лет назад у русских выживало семь детей на одну женщину, а сегодня суммарный коэффициент рождаемости – 1,12…

Как мы помним, женский вопрос в Европе возник как ответ на массовую востребованность женского труда и на раскрестьянивание.

В Советском Союзе оба эти фактора сразу включились на полную мощь. За считанные десятилетия страна из крестьянской превратилась в индустриальную, а количество занятых в сельском хозяйстве сократилось с 86 до 12 процентов!

К этому надо заметить, что весь ХХ век шло жестокое уничтожение русских мужчин: в Японскую, Первую мировую, в Гражданскую, Финскую, Вторую мировую, Афганскую, две Чеченские войны, в ходе непрерывных репрессий с 1917 по 1953 гг., в результате обвальных антинародных реформ… Женщине пришлось замещать мужчину повсеместно в течение почти ста лет, притом не только в роли врача, учители и инженера, но и на лесоповале и укладке шпал.

Согласно данным переписи населения СССР 1970, на каждую 1000 занятых с высшим и средним (полным и неполным) образованием приходилось 654 мужчины и 651 женщина. Численность женщин, попадающих в категорию работниц и служащих возросла с 2,8 млн в 1928 до 45,8 млн в 1970. В некоторых отраслях женщины составили более половины всех работников народного хозяйства СССР. Около 47 % всех научных работников, 48 % всех работников промышленности (в машиностроении и металлообработке — 40 %) также относились к женскому полу.

Соответственно, катастрофически сократилось число домохозяек, занимающихся преимущественно рождением и воспитанием детей.

***

Вопрос остается: как будет выживать наше общество, в котором роль матери становится все менее завидной для юных дев, намечающих свое будущее? Сохранится ли, продолжит ли свою жизнь в веках и тысячелетиях русский народ, если критерии успешности, достижительности для женщин будут, как сейчас, увязаны не с количеством и качеством детей, а со служебной карьерой, с депутатством или иной общетвенной тдеятельностью, с коммерческим спросом на красоту?

Что тут поможет? Материнский капитал? Внимание государства к многодетным семьям? Создание общественных фондов в их поддержку?

Все сказанное позволяет нам сформулировать ключевой вопрос: как совместить разнообразные права женщины с правом общества на жизнь, которое невозможно осуществить, не вернув женщину к домашнему очагу и детской колыбельке.

Женский вопрос – серьезная тема. На него сегодня у нас нет приемлемого утешительного ответа. А пример близкого Запада скорее ужасает, чем обнадеживает, ибо там общественная деградация, вымирание, вырождение еще более очевидны, чем у нас.

И роль в этих мрачных обстоятельствах феминизма, либертарианства, ювенальной юстиции, надуманного «преследования из-за домогательств» («харрасмента») и прочих новомодных «гендерных штучек» бросается в глаза… Если таковы общеевропейские ценности, то лучше держаться от них подальше. Если без них Европа уже не Европа, то лучше прямо заявить, что Россия – не Европа и Европой быть не хочет…

Но главное – искать ответ на опасный вызов. Если хотим жить в веках.

Аврора